Автор
В тесном номере отеля мысль обрывается – как молния перед грозой. Теннисный мяч летит среди шороха ткани и смеха, звуками ночного города прерывая молчание. Но вот дверь распахивается, и в полутьме я ощутила холодные пальцы, готовые смыть последний разряд напряжения.
Еще чего не хватало, – вдруг забормотала наша бесценная женщина.
А мы переглянулись и внимательно на нее посмотрели.
Долго мама не выдержала и нехотя поведала:
- Вообще-то, я опасаюсь нанести ущерб вашей нежной психике. Как бы вы после этого опыта вообще от меня не сбежали…
Андрюха хмыкает и что-то успокоительное ей шепчет. Да такое забористое, что она тут же краснеет.
- Мам, с психикой у нас давно беда. Так что, не переживай – повреждать там особо и нечего уже.
- Что ты такое говоришь, Кирюш? Ну а как же нормальная модель отношений…
- Мам, вот не до них совершенно.
Мама тяжело вздохнула, но я не расстраивался и беды большой в том не видел.
Ну, какая сейчас романтика и любовь, если вот-вот сестра появится, и все мое свободное время будет занято второй самой важной женщиной?
А потом разберусь. Никуда эта любовь от меня не денется.
Хочу вообще, вот, как Андрюха: увидел мать мою и прилично так крышей поехал.
Только я-то поумнее. Я молчать не буду.
Мама тем временем догрызла сушёное яблоко из пакета с гостинцами от бабушки Адель и вернулась к тому, что ее не устраивало:
- Сын мой, ну, что за глупости ты придумал? Давай, хоть Мартой назовём?
- Родиться в феврале и быть Мартой? Вот скажешь тоже! Всю жизнь носить прозвище «Фальстарт»?
Андрюха ржёт, он все эти аргументы уже слышал.
- Да, почему Клара-то?
- Как? Клара и Кирилл – звучит! И Азарова Клара Андреевна – вообще, зачёт.
- Давай, может, Кирой? Еще лучше звучит, – видно, что мама впечатлилась, но просто так уступить – не в ее стиле.
Ну и у меня тоже позиция понятная:
- Нет, Клара. Я давно решил, еще на первом УЗИ: Клара или Ян.
Матушка опирается спиной на плечо своего жутко довольного мужа, хмыкает, явно вспоминая наши с ней метания по первости, а потом демонстративно закатывает глаза:
- Ну, будем надеяться, что УЗИ-ст ошибся, и у нас родится Ян.
Надежда – глупость и колыбель сами-знаете-кого, скажу я вам.
Морозным и ветреным февральским днем, а конкретно четырнадцатого числа, в восемь пятьдесят утра в трубке у меня образовался сдержано паникующий отчим:
- Кир, приехали в роддом. Сейчас Нонну смотрит врач, потом сказали в родзал.
Да ну на? Уже?
Выдохнул сквозь стиснутые зубы:
- Не психуй! Все норм будет.
