Автор
В уютном офисе они проводят бесконечные дни и ночи вместе, словно пришелецы из другой вселенной. Но когда срок командировки подходит к концу, в сердцах оба воспламеняется желание снова оказаться рядом. Каждый момент пребывания вдали от любимого становится неотъемлемой частью их души, будоражит и зовет на скорое встречение....
Ты ему рассказал, что со мной? Кто знает про аварию?
– Да все знают! Мало того что у нас по офису слухи как новый штамм ковида разлетелись, так еще и в айтишных новостях на Хабре выкатил кто-то. Не нашел еще кто слил, но написали, что ты попал в аварию и чуть ли не в коме.
– Опровергай всю эту чушь, держи оборону, могу им видеосвязь организовать, чтоб не думали, что я овощ или невменяемый.
– Не раньше, чем синяки сойдут, ты тот еще Квазимодо. Но я тебя понял, посажу отдел пиара над этим работать.
Так, все, я устал от двух попыток встать и хочу спать. Ненавижу свой организм! Я плюхнулся без сил на подушку и зажмурился от ударной волны вновь просыпающейся боли в голове. Облизнул губы, пытаясь собрать мысли в кучу."
"– Он хочет выбить себе преференции, потому что я ему один раз уступил, думает, что взял меня за яйца и теперь может управлять мануальным способом.
– А теперь подробнее и без загадок.
– Все дело в Омелиной, – выдохнул я и перекатил голову по подушке, чтобы посмотреть другу в глаза. Увидел там то, что и ожидал. Гнев и возмущение от упоминания этой лживой стервы.
– Она тут каким боком?
– Ее богатый папик – это и есть Филимонов. Я то думал, он просто познакомил меня с дизайнером, потому что она ему дом оформляла, мало ли таких знакомств. А она с ним в отношениях. Уж не знаю в каких, просто ее имеет или там любовь, но среагировал он мгновенно.
– Среагировал? – Леха выглядел рассерженным, даже несмотря на то, что двоился. – На что? Макс, какого черта у тебя происходит за моей спиной?
– Ладно, ты прав, я заигрался с секретами, хотел справиться со всем этим сам, раз уж заварил такую кашу. – Сказал я с искренним сожалением, потому что чем больше я барахтался в этом болоте, тем больше вяз в нем. Еще немного и захлебнусь, окончательно разрушив свою жизнь и жизнь близких.
– Да, – Малин стиснул зубы, – мне Ева рассказала о том разговоре.
От упоминания жены меня едва ли не трясти начинало, но я сжал кулак без гипса, чтобы не потерять концентрацию окончательно.
