Автор
В книге "Измена. Любовница моего мужа" вы окажетесь в дуэте между жестокой правдой и болезненной тайной. Опиравшись на знакомые ладони, ваши чувства будут подвергнуты напряжению: страдание захлестывает сердце, когда вы осознаете, что владелица этих рук - не вы. Сотни противоречий и конфликтов между вами тесно переплетаются с воспоминаниями Дениса об этой страсти, закладывающей основу измены....
Мы не соучредители, мы начальник и подчинённый, вашу за ногу.
- Кстати, могу прислать кого-то из парней, - предлагаю услуги, будто сутенёр, когда дверь закрывается, и Полина принимается хохотать.
- Ты серьёзно? Думаешь, у меня настолько всё хреново? Спасибо за скорую помощь, обойдусь.
- Так что с тем парнем? – возвращаю её обратно.
- С каким? – не сразу понимает. – Мне никто не нужен.
- Я про Славу. Мне кажется, что она последнее время о нём вспоминала.
- Значит, прошлое вернулось. И я знаю, кто виноват, - шелест бумаги рисует картину Полины с блокнотом, где она разглядывает свои записи.
Я просто обязан понять, про кого она говорит, и какую роль он играл в жизни Славы.
- Ладно, Поль, дай подробностей. Слава обмолвилась, но не вдавалась в историю.
- Вот ты падла, Жданов, - ахнула, будто не веря в то, что её сейчас пытались развести. – Единственное, что говорила и буду говорить: ты обязан быть ласковым. Никакого насилия, Жданов! Слышишь? Я предупреждала и раньше.
Я помнил. Я всегда помнил, только какого-то чёрта забыл. Отложив телефон, прокрутил в голове последний год совместной жизни. Мне было плевать, что чувствуют другие, только мои желания имели смысл.
Но сейчас меня больше интересовал парень. Я уселся за стол, барабаня пальцами по тёмному дереву, и пытался сложить пазл в голове. Надо и со Славой сыграть у ту же игру, что с Полиной.
Глава 36.
Денис будто ждал, что я сейчас же разоткровенничаюсь и расскажу ему во всех подробностях про рыжего, но я молчала, слушая своё трепещущее сердце.
- Почему ты никогда не рассказывала о нём? – останавливаемся около дома и спешу сбежать из машины. – Слав, - Денис догоняет, трогая плечо. Отпираться бесполезно, он всё равно знает.
- Оставь мне хотя бы моё чёртово детство, - говорю устало, прикладывая чип к двери и заходя внутрь.
Пока ждём лифт, образуется соседка с улицы, и приходится ехать в молчании, мило друг другу улыбаясь.
- Давай поговорим, - снова заводит тему, когда оказываемся дома одни.
- Напомни, когда ты окончил курсы психолога? – интересуюсь без тени улыбки. И вообще какого чёрта лезешь в мою душу в грязных ботинках.
