Автор
В суматохе дома мужик собственными словами объявляет о своей важной встрече, сын и дочь в отчаянии ищут что-то нужное. В этом хаосе жена старается уютить дом, делая робкое место для любви - ее нежный голос в полном беспорядке.
Надо концентрироваться на хорошем, и жизнь будет ярче.
Приятельница благодарит меня за позитивный настрой, и я улыбаюсь. Хотя у самой на душе кошки скребут. Завидую Вике. Она-то сегодня вернется домой к любимому мужу. Залезет к нему под крылышко и спрячется ото всех невзгод.
У меня тоже раньше так было, а теперь я одна. Любви больше нет. Есть только пафосный букет роз, при виде которого делается лишь больнее.
Глава 17
– Цветы получила? – Дима нагоняет меня в офисном коридоре на первом этаже.
– Да, спасибо.
За окном уже смеркается, и мне надо торопиться, чтобы успеть забрать Маришку с танцев.
– Они тебе понравились? – не унимается муж, следуя за мной по пятам.
Раньше я бы непременно ответила «да». Солгала бы и глазом не моргнула. Ну какая нормальная жена, признается благоверному, что его романтический подвиг не произвел на нее должного впечатления? Но теперь наша с Димой супружеская связь носит исключительно номинальный характер, а значит, я впервые за долгое время могу озвучить то, что думаю на самом деле.
– Если честно, нет, – признаюсь со вздохом. – Я не очень люблю розы. И говорила тебе об этом сотню раз.
– Как это не любишь? – он недоверчиво усмехается. – Все женщины без ума от роз!
Я ничего не отвечаю, продолжая свой путь, а Дима никак не отстает:
– А-а-а… Я, кажется, понял, в чем дело, – цокает языком. – Ты мне мстишь. Говоришь, что тебе не нравятся розы, чтобы меня уколоть, верно?
Господи.
"– Нет, – резко притормаживаю и смотрю ему в глаза. – Я так говорю, потому что мне правда не нравятся розы. Это банально и прокатывает только тогда, когда у женщины нет собственного вкуса. А еще они очень быстро вянут, – Дима порывается возразить, но я не даю ему вставить и слова. – Я люблю гипсофилы. Как по мне, это самые красивые цветы на свете. И ты бы должен это знать, ведь мы прожили вместе шестнадцать лет. Но ты не знаешь, и это очень о многом говорит.
Развернувшись на каблуках, я снова шествую к выходу, а неугомонный Дима снова пристраивается рядом.
– Гипсофилы? – повторяет недоуменно. – Это такие мелкие цветочки?
– Именно.
– Алин, они ж на полевые похожи…
– А что плохого в полевых цветах? – толкаю дверь и выхожу свежий воздух. – Они недостаточно роскошны? Не подходят для пускания пыли в глаза?
Почему-то я не сомневаюсь, что своей Ясмине Дима тоже дарил розы. И она была в полном восторге от них.
