Автор
Я и моя маленькая Аленка стояли у окна, глядя на город за закрытыми шторами. Беременность внезапно окутала меня тонкой атмосферой невесомости и непостижимого величия. Что ждет нас, когда наш малыш появится в этом мире — мы с Стасом будем готовы к этому изменению как к большей части жизни, но даже они не могут предсказать все....
Подхожу к двери и толкаю ее, одновременно переступая порог и спотыкаясь об него во мраке.
Лечу вниз, пытаясь схватиться за что-нибудь, но ничего не выходит. Зажмуриваюсь, понимая, что сейчас случится неизбежное столкновение моего лица с асфальтом. Я уже даже готова почувствовать боль, но все заканчивается иначе.
Я падаю в объятия мужчины, и мне не нужно видеть его лицо, чтобы узнать.
Он него веет мощью, аурой силы и власти. А еще запах. Он пахнет все так же: тяжелым парфюмом, сигаретами и жгучим желанием.
Расправляю плечи, откидываю волосы назад, уверенно (кому я вру?) поднимаю взгляд и смотрю прямо. Глаза в глаза.
Он по-прежнему держит меня за талию, и я готова поклясться, что прямо сейчас его пальцы оставляют ожоги на моей коже даже сквозь толстую ткань пальто. Я не понимаю, как мне объяснить его влияние на меня. Секунду назад все было в порядке, и вот появился он — и мир/мой мир летит в бездну.
Я держусь за его предплечья обеими руками, вцепившись так, будто вишу на краю пропасти и готова рухнуть туда в любую секунду.
Он изменился. Лицо стало еще более суровым, черты лица заострились. Смотрит на меня, а кажется, будто в самую душу. Тут по-прежнему темно, но мне представляется, что через этот колючий блеск непроницаемого взгляда я вижу какую-то теплоту. Крохотные искры нежности. Или просто мое воображение рисует картины, которых нет на самом деле. Да, наверняка дело в этом.
Стас облизывает губы, а я сглатываю так громко, что слышат четыре бугая-охранника за его спиной.
Несмотря на то, что Стасу сорок лет, он выглядит потрясающе — никогда и не дашь столько. Он мощный, сильный. Взгляд дерзкий, колючий. Нет, ему совсем не дашь сорок.
Он возвышается надо мной, с чувством собственного превосходства, и я сразу ощущаю себя той самой крохотной девчонкой, которая готова снова и в огонь и в воду, лишь бы за ним, лишь бы с ним. Его тело по-прежнему крепкое, без какого-либо намека на свисающий живот.
Костюм дорогой, их тех самых вещей, на которые не обязательно вешать ценник, чтобы дать понять — ты лишь ничтожество по отношению даже к костюму, не то что к самому мужчине.
Конкретно зависаю на нем, но и Север не двигается, сканирует меня взглядом с ног до головы и сильнее сдавливает пальцы на талии.
Я открываю рот в немом вдохе и чувствую, как мир кружится перед глазами.
