Автор
В тёмном зале, усыпанном позолотой и отделанных деревянными панелями стенами, я чувствую себя заинтригованной. Комната напоминает средневековую библиотеку, где воздух плотнее обычного, словно там живёт дух прошлого. Я не сразу сообразила, что это шутка — мой дед Георгий Александрович сидит в кресле, а я сама тайно встречаюсь с человеком, чьё имя мне пока неизвестно....
Глава 55
Мы возвращались домой, будто воры, но в просторном холле первого этажа и всю дорогу, пока добирались до своих спален, то и дело натыкались на прислугу, улыбавшуюся нам от уха до уха.
Они, кажется, знали. В этом громадном доме имелось своё закулисье, и его обитатели, поддерживавшие особняк в идеальном порядке, вели параллельную жизнь, активно обсуждая хозяев и их жизненные перипетии.
Поэтому все наверняка давно были в курсе, куда мы пропадали и почему. Уваров был того же мнения. Пока мы поднимались по лестнице наверх, он вполголоса пробормотал:
— Они сегодня до полуночи не разойдутся.
— Кто? Почему? — я опасливо завертела головой.
— Обслуживающий персонал, — процедил он, будто выругался. — Вчера оповестил о нашем отъезде одну-единственную душу, сегодня о нём знает весь штат. Дурдом какой-то…
Я уже устала, если честно, краснеть, но мой организм моей усталостью не интересовался.
Но когда мы добрались до собственных спален, о стыде пришлось позабыть. Ненадолго погрузившись в дурацкие размышления о том, как я теперь буду в глаза смотреть всезнающей прислуге, я на автомате направилась к своим дверям, но добраться до них не успела.
Муж притянул меня к себе и отыскал мои губы, целуя с такой откровенной жадностью, будто это не мы несколько часов напролёт среди прочего только тем и занимались, что целовались как буйно помешанные.
Я охотно ответила на его поцелуй, обвив руками его талию, за что получила одобрительное «хм-м-м-м».
Мы оторвались друг от друга только когда его телефон снова начал звонить.
— Ответь, — я тяжело переводила дыхание, — раз… раз звонит, наверное, что-то очень уж важное.
Глеб нахмурился, покачал головой:
— Серьёзно, я отвечу только чтобы его послать. Марьянов ещё в пути. Доберётся — тогда и поговорим. Сейчас я слишком занят.
И в подтверждение серьёзности сказанного его руки сползли с моей талии ниже, значительно ниже.
Я сама себя не узнавая, тихо хихикнула:
— Разве… разве для тебя может быть что-нибудь важнее твоих дел?..
Он рассматривал моё лицо:
— Оказалось, что может.
Я опустила взгляд, пробормотав:
— Надо же… никогда бы не подумала.
— Полина…
— М?..
— Я должен тебе объяснить. То, что так тебя разозлило… ты неверно всё поняла.
— Ты о чём? — я всё же подняла на него взгляд.
— О своих словах по поводу твоей... личной жизни до меня.
— О… ты об этом.
— Я о том, что ты слишком желанна для того, чтобы оставаться одной, — низкий голос звучал ровно и приглушённо. — Слишком красива для одиночества.
