Автор
В тёмном зале, усыпанном позолотой и отделанных деревянными панелями стенами, я чувствую себя заинтригованной. Комната напоминает средневековую библиотеку, где воздух плотнее обычного, словно там живёт дух прошлого. Я не сразу сообразила, что это шутка — мой дед Георгий Александрович сидит в кресле, а я сама тайно встречаюсь с человеком, чьё имя мне пока неизвестно....
— Ну а в целом-то, Поль, а в целом-то… ты как?
Хороший вопрос.
— Держусь, — улыбнулась я, устав притворяться. Голова начинала болеть от обилия шпилек, державших мой с обманчивой небрежностью скрученный на затылке узел. — Всё… нормально.
Елена снизила голос едва не до шёпота:
— Поль, я тебе вот что скажу… Нет, не просто скажу, посоветую. Ты привыкай. Привыкай к новой жизни, к… к мужу своему, насколько возможно, привыкай. Это тебе пригодится.
Кажется, скоро моя несчастная голова заболит ещё и от этого — от новых тайн и загадок.
— И где мне такое могло бы вдруг пригодиться?
— Информация может стать оружием, — шепнула тётка. — И никогда не знаешь, какая мелочь в итоге сыграет роль. Поэтому… наблюдай, слушай, запоминай. Ничем в этом деле не брезгуй, слышишь? Это, сложно, конечно, так сразу в себе развить, но ты постарайся.
В моей голове уже зароился десяток вопросов. Но ожидала ли я получить хоть какой-то ответ? Во мне, будто в собаке Павлова, выработался условный рефлекс: спроси что-нибудь, и в отчет ничего не получишь, сколько слюной ни исходи.
— Но не могу же я круглые сутки быть настороже. Так меня надолго не хватит.
Моей тётке хватило человеколюбия объяснить:"
"— Ты просто наблюдай. Примечай, кто у него гостит, с кем и о чём он говорит. Что его расстраивает и что радует. Ты доверься себе. У нас, женщин, чутьё на это развито от природы. Чуешь подвох — присматривайся и прислушивайся.
— Для чего?
Она медленно выдохнула:
— Для возможности позже всё это использовать, скажем так, к своей выгоде.
— Где использовать? — не унималась я.
Но тётка уже поднялась и, прежде чем раствориться в толпе, шепнула:
— Всё — позже. Просто знай, твой дед был неправ, решив примириться с Уваровым.
И она будто подтвердила свои же слова о женском чутье, потому что стоило ей исчезнуть, как из толпы вынырнул новобрачный. Он приблизился к нашему столу и протянул мне руку, а на мой изумлённый взгляд процедил:
— Танец.
Следом неуместно радостный голос распорядителя объявил:
— А сейчас жених приглашает невесту!
Глава 11
В этом своём платье девчонка сияла каким-то непостижимым, ангельским светом. И, возможно, теперь он понимал, почему старый Канатас так стремился подложить под него свою внучку.
Соблазнительная невинность. Идеальная западня.
Такие создания не берут в плен и не терпят сопротивления.
Покорись — и тебе гарантирован рай.
Просто доверься инстинктам.
