Автор
В тёмном зале, усыпанном позолотой и отделанных деревянными панелями стенами, я чувствую себя заинтригованной. Комната напоминает средневековую библиотеку, где воздух плотнее обычного, словно там живёт дух прошлого. Я не сразу сообразила, что это шутка — мой дед Георгий Александрович сидит в кресле, а я сама тайно встречаюсь с человеком, чьё имя мне пока неизвестно....
Я успела сбежать в ванную, прежде чем в квартире появились специалисты, устранили неполадку, перезапустили систему и разблокировали комнаты.
Всходившее солнце я встречала, бесцельно пялясь в окно своей спальни, а ещё до обеда выяснилось, что два оставшихся мероприятия, которые мы обязаны были посетить, по разным причинам отменили.
Уваровы оказались свободны как минимум на месяц вперёд — оставаться в Москве нам было незачем. Точнее — мне. Супруга в столице задерживали дела.
За завтраком, во время которого я плохо соображала, куда себя деть, именно об этом он и объявил:
— У меня на носу две сделки.
Я кивнула, хоть и слышала в его словах скрытый вопрос. Он тоже какое-то время молчал, и тишину квартиры нарушал только звон столовых приборов.
— Можешь отправляться домой. Можешь… оставаться. Решай сама.
Сердце скукожилось, а потом застучало с удвоенной силой. Он проговорил это таким равнодушным тоном, что… для чего мне тут оставаться?
Или… или это такая проверка на вшивость? Какой-нибудь тест? Вот сейчас я отвечу, что остаться не прочь, и он решит, что у меня на столицу какие-нибудь свои коварные планы.
Хватило же ему бестолковости меня в таком обвинить!
И потом… я боялась. Я боялась того, что могли принести с собой новые ночи. Но больше всего боялась того, что это ничего не изменит.
Он возьмёт меня, как трофей. Просто чтобы утолить свою естественную потребность. Но это никак не изменит наших с ним отношений. Я так и останусь для него под подозрением. Потенциальной угрозой. Чужачкой и незнакомкой.
Поэтому я, отхлебнув кофе, аккуратно опустила кружку на блюдце и приказала себе поднять на него взгляд:
— Я поезду домой. Если не возражаешь.
Он всего на секунду задержал на мне взгляд, поиграл желваками и кивнул:
— Как угодно.
Отодвинул свой кофе, забрал со стола телефон и покинул столовую, оставив меня наедине с недоеденным завтраком.
Больше в тот день я его не увидела. Уваров отбыл в офис ещё до того, как охрана, подхватив мои дорожную сумки, сообщила, что авто дожидается меня внизу.
Спустя несколько часов я уже поднималась по ступеням крыльца Уваровского особняка, будто никуда и не уезжала. Будто не было этого московского сумасшествия.
