Врач-гинеколог Марта Николаевна радостно объявила о беременности, заставляя Татьяну ощущать бешеное волнение и невероятную надежду. Но с приходом беременности начинается новая эра жизни — тяжелая и сложная, требующая мудрости и терпения.
Похоже, «Измена. Новая жизнь (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но возле него стояла Лариса, администратор зала. Они всех, кто без абонемента, всегда сопровождают в целях безопасности…
Я отнесла гантели на место. Вытерла взмокшее лицо полотенцем. Взяла бутылку с водой… Руки дрожали так, что я не могла ее открыть."
"Рядом выросла фигура Егора. С каменным лицом он выдернул у меня из рук бутылку, открутил крышку и впихнул обратно так, что немного воды выплеснулось на пальцы. Каждой клеточкой своего тела я чувствовала, что его чуть ли не трясет от злости…
- Таня, этот детский сад уже достал, - сказал он, отдавая бутылку.
- Ах вот как? - крикнула я.
На нас обернулись несколько человек. Я вонзила ногти в ладони. Надо успокоиться. Не дождется, что я устрою сцену на людях!
- Игнорить - это по-детски, да? А спать с другой - это как? По-взрослому? Нормально для большого босса?
- Ты о чем? - непонимающе.
- Ой, только давай упустим момент, где ты делаешь вид, что не понимаешь, о чем я говорю, - подражая ему, сказала я.
Грязно выругавшись, Егор растер лицо руками и взъерошил волосы. Он весь побагровел, даже глаза налились кровью.
- Я тебя в вестибюле жду. Переодевайся и поговорим, - рыкнул он.
- Нам не о чем говорить.
- Я все сказал, - бросил он, уходя.
Все он сказал. Так я тоже все сказала. Точнее нет, не все. Я еще не сказала, что увольняюсь из его компании и что прошу пару месяцев на то, чтоб вернуть деньги, которые он мне дал. Или лучше одолжить у Юли и отдать сразу? Неловко, но и правда лучше. Чтоб, так сказать, с глаз долой из сердца вон. Из сердца…
Проглотив слезы, я сделала несколько глотков воды. Потом пошла за штангой. Хочет ждать - пусть ждет.
Отпахав тренировку, я пошла, а точнее поползла в раздевалку. С колотящимся сердцем поползла.
Ждет? Нет?
Мерзкая, жалкая, ничтожная часть меня надеялась, что увиденному вчера будет какое-то объяснение. Она скулила где-то в уголке моего подсознания о том, что любит, искала оправдания. Искала причину простить…
Но я не собиралась давать ей волю. Больше нет. Ни-когд-да! Никогда я не позволю себе упасть на дно из-за мужчины…
Принципиально не стала краситься.
