Врач-гинеколог Марта Николаевна радостно объявила о беременности, заставляя Татьяну ощущать бешеное волнение и невероятную надежду. Но с приходом беременности начинается новая эра жизни — тяжелая и сложная, требующая мудрости и терпения.
Похоже, «Измена. Новая жизнь (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И это с учетом того, что находилась она чуть ли не на другом конце города.
Казалось, что все соседи смотрят на то, как я растрепанная и в вечернем платье ранним утром возвращаюсь домой.
- У тебя уже паранойя развивается, Тань, - пробормотала я самой себе, заходя в квартиру, - Больно ты всем нужна, честное слово.
Заперев дверь, я разулась и сразу направилась в ванную комнату. Упругие теплые струи смыли с меня остатки лака для волос и макияжа, но, увы, не смогли смыть случившегося.
Мне было хорошо. Я сама этого хотела.
Словно в ответ на этот вопрос. Включился телефон. Звонил Егор. Я не взяла трубку. Выключила звук, оставила телефон в прихожей, легла в кровать. Сна ни в одном глазу, хоть поспала я лишь пару часов.
Встала, пошла в кухню варить себе овсянку на завтрак. Смартфон притягивал, словно магнит железяку, но я упрямо не трогала его. Ходила из стороны в сторону, маялась. Овсянка сварилась, я в нее абрикос порезала. И кофе сварила. Но есть не было ни малейшего желания.
Мне двадцать семь лет. Я взрослая, свободная женщина. Мы в двадцать первом веке. Что такого-то?
- Например то, что вы не предохранялись? - пробормотала себе под нос.
Не то чтобы я боялась каких-то букетов от Егора, но… Нет, за один раз залет только в фильмах бывает, а тем более учитывая мое женское здоровье, так что. Так, что!
Вы оба взрослые люди. Вас потянуло друг к другу, все случилось. Была замечательная ночь.
- Но ведь дело не в чувстве стыда, да, дорогая. А в том, что если получив желаемое Егор тебя бросит, то ты сгоришь до пела и ни черта не возродишься обратно.
Юля говорила, не влюбляйся. Говорила слишком поздно. Потому, что я, кажется, влюбилась в него еще давно… Задолго до того, как Егор обратил на меня внимание как на женщину. Влюбилась в его глаза, голос. То, как он смотрел, улыбался. Что говорил мне и как был добр. Поддерживал.
И все, все, что сделала за эти месяцы - похудела, в порядок себя привела - было ради него. Точнее, ради мечты, что заметит…
В открытое окно долетел сигнал клаксона и я вскрикнула от неожиданности.
- Таня! Выходи! - донеслось следом.
Сердце сжалось в груди, а потом забилось часто-часто, как та самая глупая птичка в клетке из своих тараканов, которой я тогда была.
