Поэтому Борюсик изворачивается, как только может. Но без документов судья отказывается принимать это к сведению.
И вот настает черед Дианы.
Адвоката ей дали действительного хорошего. Лучшего по Москве. Он в пух и прах разбивает доводы Борюсика.
— Представляю суду тесты, проведенные нами в клинике на предмет выявления наркотических веществ, — Диана с восторгом смотрит на своего адвоката, как хорошо, что он уговорил ее все-таки сдать эти тесты, правда об этом никто не знал.
Она смотрит на маму, теперь та хлопает губами, как рыба, не понимая, кто же все-таки прав.
— Также свидетельские показания дизайнера Марины Александровны Кравец, при свидетельнице из моей клиентки неизвестные личности выбивали долги ее мужа, угрожали, пытались надавить и заставить продать недвижимость, — он вновь подает бумаги суду, где их протоколирует секретарь.
На Бореньку уже страшно смотреть, его морда напоминает окрасом шкуру гепарда. Он нервно вытирает пот с лица.
— Приглашаю к даче показаний …
И дальше уже выступают ее подруги, каждая рассказывает, как ее пытались запугать, чтобы оболгать Диану перед родными.
Теперь очередь бледнеть Марине Иосифовне, она нервно отодвигается от Бори и смотрит на того с презрением.
Последнее слово дают Диане.
— Я хочу развода, — только и может она произнести.
И судья выносит вердикт: Развести.
Через месяц они могут забрать свидетельство о разводе.
Толкаясь они протискиваются через двери и выходят в коридор. Диана выскакивает первой и несется по коридору, вылетая на улицу.
— Ди, Диана, — летят в след жалобные причитания мамы. — Ди, постой!
Но разве такую, как Ди кто-нибудь удержит.
Вот только вылетев на улицу, она рассеяно оглядывается по сторонам.
В этот момент рядом тормозит черная иномарка, небольшой фургон. Двери его распахиваются, и Диану быстро втаскивают внутрь. Дверки фургона закрываются на ходу.
Маша со Стеллой спешно вышли из здания суда, за ними выбежала растрепанная Марина Иосифовна.
— Где Диана? — вопит Марина Иосифовна. — Где моя дочь?
Маша и Стелла тоже растеряно оглядываются по сторонам. Здание суда располагалось в очень длинном доме. Чтобы добежать до его угла, надо быть спринтером. Но Дианы нигде не видно. Люди идут по широкому тротуару, но их не так много, затеряться в толпе не получилось бы. Да и перебежать широкий проспект с летящим по нему транспортным потоком маловероятно. Так где же Диана?
— Диана! — мечется возле дверей суда ее мама.
