Она вышла, упала на стул возле кабинета и разрыдалась.
Стелла впервые почувствовала, как важна была для нее дружба. Дианка была всегда такая отзывчивая, добрая, она не осуждала подругу за ее образ жизни. И вдруг ее не стало. Все пошло прахом.
Телефон пиликнул вызовом, в микрофон ворвались басы музыки.
— Стелл, привет, — орала Ксюха, пытаясь перекричать музыку. — Я в клубе, подгоняй сюда, сегодня будет жаркая туса. Тут такие мальчики…
— Ксю, Диану похитили, возможно, убили, — тихо говорит Стелла.
— Чо? Ты нормальная?
— Ксю, я говорю правду.
— Ни фига себе…Сейчас приеду…
Шел второй час ночи. Они сидели на кухне у Стеллы и пили.
— Не верю, что ее нет, — пьяно тянула Ксюха. — Она же такая…
Ксюха повертела в воздухе руками.
— А помнишь резиновый член, — вдруг фыркнула Ксю.
— Как его забудешь, мы с Волковым тогда в первый раз столкнулись, — пробормотала Стелла. — Точно! Волков! Он должен знать все!
И она набрала его номер в телефоне.
— Владимир! Простите! Да, да, да, понимаю, поздно, — оправдывалась она. — Владимир, неужели она умерла?
Стелла выкрикивала фразы, словно рубила. В ее голосе было столько боли, что Владимир на том конце провода на миг замолчал.
— Стелла, фургон из воды вынули, тела внутри не было, но дверки были открыты, поэтому ищем вдоль реки. Если она там была…Всплывет.
Последнюю фразу он произнес тяжело, чувствовалось, что он тоже переживает потерю.
— Может, ее там не было? — Стелла искала любую возможность, любое обстоятельство, за что можно зацепиться, что давало веру, что Диана жива.
— Может, все может быть, возможно, ее там не было, — устало произнес Волков. Для него этот день тоже был тяжелый.
— Так ее надо искать, если ее нет в фургоне, — вдруг дошло до пьяного мозга Стеллы.
— Стелл, ты там пьешь?
— Ложись спать, завтра будет день, будут и новости.
— Мы не можем спать, пока она неизвестно где?
— Стелл! Хватит истерить. Ее ищут по всей Москве.
Он сбросил звонок. А Стелла так и осталось сидеть и тупо пялиться в телефон.
Появилась надежда. Ее подруга жива.
Марина Иосифовна приехала в коттедж сразу после заседания суда, у нее теплилась надежда, что дочь одумалась и решила вернуться домой. Но дома за накрытым столом сидела одна только Елена. Она мирно пила чай, капая в него какую-то настойку из бутылочки. Домработница уставила стол блюдами с пирожками, пирожными и вазочками с конфетами.
