Автор
В спа-центре Полина встречает подругу Лиду в компании своего любимого Платона. Сюрприз устраивает всех: разница между их восприятиями сексуальной жизни вызывает неприятные вопросы и легкую неловкость, но дружба не позволяет придать серьезности этой встрече.
Несколько мгновений даю нам на то, чтобы выровнять дыхание, наслаждаясь и привыкая к этой тесноте и наполненности, а потом срываюсь в дикий темп, и мы оба… сгораем без остатка.
Глава 22
Полина
Утро наваливается дикой жаждой и головной болью.
Мы выпили вчера бутылку на двоих… Стоит быть честной, Платон выпил меньше меня, плюс ко всему я не закусывала, ничем, кроме шоколада. Люблю это вино, но головную боль после него на утро, не-на-ви-жу. Мне всегда помогает…
— Вот держи. Тут холодный сидр со льдом и лимоном.
Платон садится на кровать. Я все еще голая и разбитая, утраханная, потная, пахнущая сексом. Он — свеж, вымыт и собран, от него вкусно пахнет гелем для душа. Я тянусь к бокалу и пью, пью холодный эликсир жизни. Горячая рука мужа опускается на бедро и провокационно толкается к треугольнику между ног, где все еще тянет влажно и зовуще после нашего секса.
— Прекрати, животное, мы договорились."
"— Последний раз, Поль. Знаешь же, как я люблю тебя, утреннюю… Сзади взять. Сушняк утолила? — отбирает бокал и переворачивает меня на четвереньки.
— Да пошел ты. Козел… Ненавижу! Тебе это с рук не сойдет, — шиплю и стону, когда он входит в меня, рывком всадив член.
Пальцы Платона сжимают мои бедра, он сразу берет жесткий, быстрый ритм. Я задыхаюсь, падаю грудью на простынь, соски царапает тканью. Невыносимо хорошо, даже слишком… С полным осознанием происходящего, каждое движение, спазм, острота. Звук дыхания, стоны…
Все на максимум… Как и наш обоюдный оргазм…
Он кончает в меня, я принимаю.
Тела бьются, как волны о песок, падаем на кровать…
Можно сказать, обновили будущее семейное гнездышко, которое нашим не станет ни-ког-да.
— Поль… — хрипло говорит Платон, целует меня в шею и плечи. — Поль, Полечка… Я тебя люблю. Ты даже представить себе не можешь, как сильно…
— Так сильно, что опоил наркотой и всю ночь трахал, — напоминаю ему.
За эту ночь мы, кажется, по всей энциклопедии самых любимых и горячих поз прошлись… И горячо, и нежно, и грубо, и… Ох, всего не перечислить.
Платон перекатывается на спину, лежит молча несколько секунд. Я тоже меняю позу, свернувшись на боку.
Спать хочется.
Теперь я жутко хочу спать, потому что вымоталась.
— Думаешь, я тебя опоил?
Пальцы Платона рисуют круги на моих плечах. Он лежит передо мной весь покусанный, расцарапанный и в засосах. Я постаралась на славу, пометив его… Ревностно и с осознанием, что эти следы… теперь будет видеть другая!
— Думаю, да.
