Автор
Героиня сталкивается с предательством мужа, который клянется в любви к семье, но продолжает изменять. Разбитые мечты, горечь разочарования и борьба за спасение брака на грани краха. История о том, как любовь может разломаться под тяжестью измены.
Похоже, «Измена. Осколки нашей любви (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— А с чего вы решили, что он его в ежедневнике держит?
— У него память на цифры плохая. И гаджетам он не доверяет, — буркнула я.
Муратов потёр костяшкой указательного пальца губы, словно пытался скрыть за этим жестом улыбку.
Я не знала, как вести себя под его испытующим взглядом.
— Это верно, — неожиданно согласился он. — Хорошо, что он полагается не только на собственную память.
Он кивнул на стопку ежедневников на столе:
— Разложите их так, как они лежали до его прихода. Они вам не понадобятся. Нет там никакого кода.
Его голос звучал деловито, сухо, уверенно и… как-то до странности буднично. Словно ничего из ряда вон выходящего и не происходило. Словно он не поймал меня на горячем и не замечал, как я напугана.
— Откуда вы знаете?..
— Знаю, — припечатал Муратов-старший и безо всяких дальнейших пояснений направился к сейфу.
Оставив надежду их получить, я поспешно исполнила его указание — благо, на то, где и что схватила со стола, я внимание обратила.
— Что вы…
Я осеклась на середине фразы. До меня донеслись звуки нажимаемых кнопок и пара щелчков.
Муратов-старший безо всяких колебаний сунул руку в утробу раскрывшегося сейфа, будто он был его собственностью, вытащил оттуда пухлую голубоватую папку, прочёл название на корешке и слегка тряхнул ею в моём направлении.
— Кажется, вы это искали.
Глава 43
— Кажется, вы это искали.
Я смотрю на заветную папку так, будто опасаюсь, что она может меня укусить.
Смотрю и смотрю. И глазам свои не доверяю.
Это какой-то тест? Ведь наверняка же проверка. Так он меня проверяет. Или… или зачем он всё это делает?
— Почему? — я отвожу жадный взгляд от протянутой папки и смотрю в синие глаза со смелостью, которой на самом деле совсем не испытываю.
— Не уверен, что понимаю ваш вопрос.
Да неужели?
— Почему вы это делаете? Почему вы мне помогаете?
Муратов-старший пьёт меня взглядом. Неужели колеблется? Неужели раздумывает, стоит ли мне открываться?
— А мы не можем обойтись без расспросов? — неожиданно хмурится он и указывает взглядом на папку. — Или вам эти бумаги теперь не так уж и важны?
— Важны, — я сглатываю, на мгновение представив, что вот сейчас он передумает, сунет их обратно и закроет сейф. И это сейчас. Сейчас, когда они, считай, были у меня в руках.
Какое же искушение… Но на то ведь оно и искушение, что ему почти невозможно противостоять.
