Автор
В книге "Измена", читатель погружается в мир загадочной ночи клуба, где связь - ключ к беспрепятственной посещаемости. Владислав, склонный к лени и апатии, с интересом наблюдает за своими друзьями, среди которых Степан, обожающий дорогой коньяк и сигары.
Словно боялся не выдержать и кинуться куда-то, сломя голову.
— Знал, а что тут такого? — пожал плечами Стёпа, наливая себе в бокал коньяка и присаживаясь на подлокотник одного из кресел. — Не понимаю, почему она должна была перестать работать.
Влад сверкнул глазами, говоря всем своим видом, что он решительно не согласен с тем, что Стёпа не видит в работе Стаси ничего предосудительного.
— Потому что я ей запретил, — процедил он, резко оттолкнувшись от стола и, обойдя его, присел в кресло. — А она меня ослушалась.
Степан вздёрнул бровь, но ничего не сказал. Попадать под горячую руку друга, прокомментировав эту ситуацию, совершенно не хотелось.
— Ну, это ваши дела уже, я в них как не лез, так лезть и не собираюсь, — проговорил он спокойно, хотя на душе скребли кошки. Ведь вмешался, так или иначе, и обратного хода уже не было. — Ты меня зачем звал? Что-то срочное?
Влад поморщился, подхватывая со стола карандаш, и вертя его в пальцах.
— Ты прости, я просто жутко разозлился сегодня.
Степан кивнул, внимательно глядя на Влада. Ему одновременно хотелось расспросить его о том, что произошло у них со Стасей, и в то же время, он предпочитал держаться ото всего этого подальше.
— Хорошо, я тогда пойду в зал. — Он поднялся с кресла, отставляя пустой бокал на стол.
— Погоди, Стёп, я с тобой всё проверю, потом Стасю заберу и поедем с ней.
— А где она сейчас?
— Она в гримёрной, под замком почти что, — рассмеялся Влад невесёлым смехом.
А Степану вдруг стало мерзко. Вместо того, чтобы быть сейчас рядом со своей женой, которую наизнанку выворачивало от всего происходящего, Влад запирал в гримёрных каких-то малоприятных стриптизёрш, да ещё и злился при этом. Правда, говорить о своих ощущения другу он не стал.
Прокляв свою любовь, живу которой,
Бросался снова в омут с головою.
Я не готов опять к разлуке скорой,
Я жить опять хочу одной тобою.
И где-то в глубине души застывшей,
Твой образ не забытый повстречаю.
Из будущей ты станешь снова бывшей…
Тебя себе любить я запрещаю…"
"Влад где-то внутри себя ожидал, что рано или поздно Стася поставит ему какие-то условия. Но, он считал, что услышит их многим позже, потому озвученные требования стали для него полной неожиданностью. А неожиданностей Влад не любил — сказывался плачевный опыт молодости.
