Увидев два темных силуэта, приближающихся по дорожке, ведущей от поселка, она торопливо покинула свою позицию и вернулась под укрытие козырька над церковным крыльцом. Последнюю горящую стрелу она выпустила в надежде поджечь второй этаж. За секунду до этого она отчетливо разглядела в окне лицо Виктора.
Люди подошли ближе. Один из мужчин прижимал к уху сотовый телефон. Полиции на острове не было. Благодаря этому она располагала запасом времени. Что же касается Виктора, то вряд ли он станет звать на помощь случайных зевак.
Слишком много возникнет вопросов относительно обгоревшего трупа на первом этаже.
Поэтому она приняла решение покинуть остров.
Виктор смотрел на бутыль с «греческим огнем», лежащую на деревянном полу. Решив, что двигаться нужно как можно быстрее, он схватил бутыль и прыгнул к тому окну, в котором только что выбил стекло.
Доски пола пока держали его.
Затем он просунул бутыль сквозь кованые прутья решетки и положил ее на подоконник с внешней стороны окна.
Пол в центре комнаты застонал. Виктор вспомнил балки, поддерживающие потолок нижнего этажа. Сейчас они уже наверняка наполовину съедены огнем.
Сделав еще несколько шагов, Виктор оказался возле стрелы и выдернул ее из стены. Тряпка, которой был обмотан наконечник, все еще горела. Снова подбежав к окну, он кинул горящую стрелу в окно, и она упала на подоконник, в нескольких дюймах от бутыли. Языки пламени принялись лизать ее бок. Он знал: нужно лишь несколько секунд, чтобы пластик расплавился, — и поэтому, не теряя времени, укрылся на лестнице. Послышалось громкое «вуф-ф-ф», и за окном взметнулся еще один огненный смерч. Кинув взгляд на окно, Виктор увидел, что металлическая решетка горит. К счастью, поскольку бутыль с горючей смесью находилась за окном, жар в комнату почти не проникал. Его порадовало и то, что огонь не охватил оконную раму.
В следующий момент центральная часть пола второго этажа провалилась вниз, увлекая за собой выставочный стенд, в котором находилась последняя из бутылей. Еще через пару секунд она взорвалась, выбросив вверх огненный шар. Мусео ди Торчелло прекратил свое существование.
Виктор прыгнул к окну и ухватился за карниз, тянущийся поверх оконной рамы. Он выбросил ноги вперед и ударил ими в горевшую решетку.
Никакого эффекта.
В его крови бушевала адреналиновая буря, от жара стало трудно дышать. Он снова подтянулся на карнизе и принялся бить ногами по решетке. Она стала поддаваться. Несколько новых ударов — и ее угол отделился от стены.
Еще два удара — и решетка вылетела наружу.
Рухнуло то, что оставалось от пола. Вместе с пылающими досками вниз полетели два оставшихся стенда и кусок мраморной колонны, выбив из бушующего на нижнем этаже пожарища огромный сноп искр, взметнувшийся к потолку.