Автор
Состояние, казалось бы, непреодолимо: Мару выбрана для проживания в любой из комнат, что включает даже фиолетовую, которая была раньше принадлежала подруге-распутнице Элизе. Беременность придает еще большую сознательность, и нежный голос бывшей подруги словно сквозь ткань проникает в уши Мары, вызывая острый стук в висках....
— Я понимаю ваше беспокойство, — начал он, делая паузу, чтобы взять ложку супа. — Я не враг вам, это самое главное. Моя цель — помочь разобраться с угрозой, с которой мы все столкнулись.
Дойл вернулся к нам и, услышав последние слова Эдгара, присоединился к разговору. Он был немного взволнован, но старался сохранять спокойствие.
— Мы получили новую задачу, — сообщил Дойл, переводя взгляд с одного лица на другое. — Нам нужно очистить квадрат, на котором была разбита группа Стона. Отправлять одну боевую четвёрку стало слишком опасно, поэтому Эдгар пойдёт с нами.
Гвен нахмурился, размышляя над услышанным.
— Это правильно. Мы видели, с чем столкнулись бойцы Стона, и видели вЭдгара в бое, твоя помощь будет кстати.
Эдгар кивнул, принимая решение спокойно."
"Барсик, воспользовавшись моментом, подошёл поближе к Эдгару и с интересом начал его обнюхивать. Эдгар улыбнулся и аккуратно погладил кота по голове.
После чего зубы Барсика вонзились в его ладонь, перспектива снова молчать всю дорогу, совсем не радовала Барсика.
— Он действительно особенный, — заметил Эдгар, глядя на Барсика, — Еще ни кому не удавалось меня покусать.
— Да, он наш маленький талисман, — сказала я с улыбкой, отдирая Барсика, от греха подальше.
60
На следующее утро, когда первые лучи солнца только начали пробиваться сквозь густой туман, капитан Морал вызвал нашу группу на построение. Прохладный утренний воздух пропитался предчувствием чего-то тревожного, словно само небо знало, что день не сулит ничего хорошего.
Капитан Морал, обычно спокойный и невозмутимый, сегодня выглядел иначе. Его лицо было хмурым, а челюсти сжаты так, что на скулах играли желваки. Он внимательно изучал каждого из нас, но особенно долго задерживал взгляд на Дойле. Морал заметно волновался, и это только усиливало мое беспокойство.
— Доброе утро, бойцы, — наконец нарушил он молчание, голос его прозвучал низко и тяжело, словно каждое слово давалось с трудом.
