Автор
Виталий шарахнулся назад от необычайной наглости сцены. Его жена занимается любовью прямо у стола в кухне, и он буквально видит все подробности: голые бедра мужчины, его ласкающий пальцы на тонкой, прозрачной коже жены. Тем временем музыка гремит так громко, что звуки интимного действия почти исчезают в стеноломке завываний звуков....
Похоже, «Измена. Право на любовь (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Но тебе все равно повезло, что у тебя есть я, — вновь самодовольно откидывается назад, — а мне повезло, что у меня сестра - риелтор, — ныряет в карман куртки рукой и выуживает из него смартфон, — выдохни, сейчас все будет в лучшем виде. Она у меня умница.
— Не надо…
— Поздно, — с хитрющей, как у юного демона, улыбкой прикладывает телефон к уху, — расслабься и получай удовольствие.
Глава 12. Плачу наличными
Я выхватываю Карину взглядом сразу, как только она заходит в ресторан. Красивая, молодая и стервозная. От моего внимания не ускользает то, как она пренебрежительно зыркает на менеджера зала.
— Ой, здрасьте, — подбегает к столику, за которым сижу с чашкой ромашкового чая. — Я Карина.
— Татьяна Михайловна, — оставляю чашку.
— Ой, я так волнуюсь, — присаживается за стол и мило улыбается.
— А чего ты волнуешься?
— Я надеяться не могла, что Артур решит познакомить меня со своей мамой…
Ну, какая прелесть.
— Это была моя инициатива, Карина, — вздыхаю. — А не моего сына.
Губки надувает и глазки тупит. Ути-пути. Я под столом сжимаю кулаки. Я проецирую свою боль на любовницу своего сына. Вот тянет же мужиков на симпатичных дворняжек.
— Ты действительно в положении? — поглаживаю тонкий край фарфоровой чашечки.
— Конечно! — вспыхивает праведным гневом.
— От Артура?
— Да! — хмурит бровки.
— Мой сын не единственный мужчина в мире, — клоню голову набок.
— Вы меня обижаете…
— Не заливай, — раздраженно щелкаю пальцами по чашечке. — Карина… Ты на что надеешься?
— Не надо со мной так… — жалобно всхлипывает, и подаю ей салфетку.
Промакивает глаза и шепчет:
— Я люблю Артура…
— Милая, — подпираю лицо рукой, — не разыгрывай хотя бы передо мной спектакль. Любит она, ишь ты.
— Это его ребенок, — бьет кулачком по столу.
— Если его, — слабо улыбаюсь, — то меня можно поздравить.
— Возможно, не только бабушкой…
— Прости? — недоуменно вскидываю бровь.
— Ребенок должен родиться в полной семье… С папой и мамой, — шмыгает и со светлой надеждой смотрит на меня, — в законном браке.
Тупая и наглая дрянь. И что мужчины находят в подобных экземплярах? В висках пульсирует кровь. Давление повышается.
— Я думаю, что Артур признает официально своего ребенка, — постукиваю пальцами по столешнице.
