Автор
О семейных тайнах и хрупком доверии. История о том, как слухи об измене соседки заставляют супругов пересмотреть свои отношения и задуматься: насколько хорошо они знают друг друга и готовы ли к правде, которая может разрушить иллюзию идеального брака.
Похоже, «Измена. Право на обман» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Меня сейчас терзает другой вопрос, — Саша поправляет галстук под воротом рубашки, — в кого наш с тобой сын такой хитрый? Что-то он долго ищет какого-то загадочного Рекса.
И тут я тоже понимаю, что не припоминаю я среди его игрушек никакого Рекса. Переглядываюсь с Сашей и кричу:
— Денис!
— Это твоя мама в нем проявилась, — Саша одобрительно хмыкает.
— Что это за наезды на мою маму? — возмущенно цокаю я.
— Это разве наезды? — удивленно вскидывает бровь.
— Денис! — делаю несколько шагов к лестнице, и появляется мой сын с красным роботом в руках.
— Я его нашел.
Деловито спускается, а я скрещиваю руки на груди:
— Это не Рекс, а Рэд.
— Теперь Рекс, — Денис поднимает на меня лукавое лицо.
Вздыхаю, обнимаю его и прошу Сашу быть на связи. Он кивает, и я с тяжелым сердцем отпускаю Дениса, который бодро шагает за отцом, который перекидывает на плечо рюкзак его вещичками. Дожидаюсь на крыльце, когда машина скроется из вида, и захожу в дом."
"На софе замечаю плоскую бархатную коробочку. Подхватываю ее, открываю и мрачно смотрю на серьги с крупными розовыми сапфирами на черной подложке. Зажмуриваюсь и закусываю губы, чтобы не разрыдаться. На первую беременность Саша мне тоже подарил серьги, но с нежно-голубыми топазами, и я родила мальчика. После родов я пошутила, что в следующий раз жду розовые камушки, ведь я хочу девочку.
Глава 35. Больше не жена
Я не сразу соображаю, что напротив меня у второго ряда морозильной витрины с пакетом замороженного горошка стоит Аня. В легкой курточке, джинсах, с собранными в простую косу волосами и без боевого макияжа, но это она, пусть сейчас в ней нет лоска и вызывающих повадок. Она разглядывает пачку горошка, поднимает глаза и бледнеет, будто увидела смерть с косой, а это всего лишь я.
К ней подходит с тележкой седовласый мужчина, лет пятидесяти.
— Что ты тут застряла?
Аня молчит. Мужчина хмурится, выхватывает пачку горошка и вертит ее в руках:
— Что это?
— Горошек, — пищит Аня, не сводя с меня испуганных глаз.
— Мамка и его просила?
— Да.
— А где список?
Аня вытаскивает из кармана бумажку, и передает мужчине. Тот пробегает взглядом по списку, жует губы и закидывает горошек в тележку.
— Привет, — говорю я. — Ань, ты, что, не узнала меня?
И тут мужчина замечает меня.
— Подружка, что ли?
— Нет…
— Одна очень хорошая знакомая, — мило улыбаюсь я. — Ева, а вы?
Моя наглость не знает границ. Я, конечно, подозреваю, что Саша вряд ли сейчас бегает к Анечке, однако… Мало ли.
