Автор
Из Милана в сердце города стремительно катится новость: женщина узнала о своем беременном состоянии. Врачница с ласковым, но деловым лицом незаметно подает плохие новости будущей маме. Кирилл же уже не верит в свою веру, и этот шок для него лишь усилить ее.
Похоже, «Измена. Право на счастье (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мила, не обращайте на него внимание. Перебесится и примет. Мы такие коварные, всегда этим мужикам планы портим. Меня Анна Викторовна зовут, а этот старый пень гордо именуется Самир Рустамович.
– Анна! – рычит в ее сторону пенек.
– Что, Анна? Я бы тоже трусилась, будь на ее месте. Ты давно нашу историю забыл? Я тебе сразу сказала, что идея с поиском невесты – дурная затея. Знал, кого замуж берешь, и я рада, что мой ребенок – твоя копия в этом вопросе. С кем хочет, с тем и связывает жизнь.
– Дома поговорим.
Это мой разговор. Мой и его отца. Больше ничей."
"– Самир Рустамович, я вас понимаю, – в меня летит очередная усмешка, которую пропускаю мимо. – Ваше волнение обоснованно, но вы не знаете ничего обо мне, почему все так. Можете меня не принимать, руководствуясь, не знаю чем. Не буду стоять между вами и сыном. Я знаю, что такое быть с семьей, но без семьи.
Меня полоснули таким взглядом, что захотелось провалиться под землю на уровень, где минимум стоит машина Дамира. Мой мужчина, чувствуя напряжение, уже сам начал сжимать мою ладошку, поддерживая меня в сложный момент.
– Мне, разоблачив не знаю в чем. Себе, испортив отношения с сыном. Или Дамиру, который не ребенок, и не будет с той, к которой ничего не испытывает, – я не спрашиваю у него, я утверждаю.
Именно такой расклад будет. Уверена.
– Я смотрю, тебя воспитывать надо. Никакого уважения к старшему поколению. Хамка! Что ты смыслишь в жизни? Не надо меня учить, как маленького. Знай свое место. Плохо воспитываешь, Дамир, плохо. Как ее представлять родне? Она даже не хозяйка. Только командует, помыкает. Ты забыл про наши традиции, сын.
– Меня все устраивает. Мне не нужна покорная овца.
Нет, не хочу ничего. Сома рою себе яму, но не могу. Воспитывать меня надо. Не позволю. Никому. Хватит! Я человек, не половая тряпка. Дамир может сколько угодно распинаться перед отцом, не поможет. А раз ходить с клеймом, то за дело. Хочет правду, я дам ее ему. Плевать на все.
Я живая, у меня есть чувства. Я не хочу, чтобы меня презирали без повода. Хочет ненавидеть, так пусть хоть по делу.
– Дамир, прости, но я так не могу.
