Автор
Семья — это не просто коллекция жертвенных взглядов и уступчивых супругов, но сложная игра выживания и изменений. В этом тонком романе СИ рассказывается о том, как женщина, найдя в себе силы, решает расколоть хрупкую маску инстаграм-звезды, чтобы выжить в несправедливом мире. Параллельно с кинематографическими снимками, приправленными юмористической подоплёкой, читатель погружается в непростой баланс между романтическим счастьем и неизбежной потерей....
Похоже, «Измена. Право на семью (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Ты прости за прямой вопрос, — сажусь в кресло и поднимаю взгляд, — но тебя мама вызвала?
— Она давно меня ждала, — опускается на софу, — а я все никак не мог найти время.
— А сейчас почему нашел?
Нет мне смысла сидеть и кокетничать с мужиком, которого поманила мамочка перспективой захомутать племянницу Юры.
— А ты изменилась.
— Что ты имеешь в виду?
Я прекрасно знаю, что он подразумевает под своими словами. Тогда на свадьбе я плакала, никому в глаза не смотрела и будто была на похоронах, а не на празднестве.
Господи, мы же тогда и торт вместе резали. Неожиданно вспоминаю ладонь Валерия на своей и то жгучее желание ткнуть его лицом в пышный белый крем.
— Прости, я ненадолго отлучусь, — встаю и оправляю юбку.
— Куда ты? — обескураженно спрашивает незваный гость.
Я должна увидеть фотографии со свадьбы. Альбом пылится на верхней полке шкафа в моей спальне, и я его ни разу не открывала. Закинула и больше не притрагивалась.
Валерий и Виктория.
Буковки золотые, витиеватые и выпуклые. Когда дядя его мне вручил с ехидной улыбкой, я дала себе обещание, что его сожгу. Альбом. А, может, и дядю тоже. Сажусь на кровать. Минуту медлю, кусаю губы и стучу пальцами по обложке.
— Поехали, — открываю альбом.
И сразу с первого снимка я понимаю, что свадьбу снимал тот же “невероятно одаренный” фотограф.
Я ждала либо вылизанные до мелочей фотографии, либо печальную историю одной несправедливой свадьбы, но нет. Вся фотосессия свелась к “гости жрут и причмокивают”, пока красивая невеста корчит скорбную моську, а жених пребывает в состоянии “чо ей не так?”."
"У Валерия почти на каждом снимке — недоумение.
