Автор
Марина выходит из школьного туалета, дрожащие пальцы прижимают тест с положительным результатом. Она медленно опускается на стул, в груди у нее растекается теплый свет от радости и тревоги одновременно. Сердце колотится, а новое знание вызывает непреодолимую потребность узнать все об этом чудесном изменении....
Одно дело хвалить женщину за доброту в школе, и совсем другое увидеть ее в моем халате в моей спальне в нашем доме. Но кажется, они нашли общий язык. Проболтали в комнате почти час, вышли довольные, смеялись. Маринке полезно посмеяться, а то периодически о проблемах вспоминает и аж бледнеет.
Выдумала она себе это «приду красивой, все им докажу». Нечего метать бисер… Но ей же не объяснишь. Да и как объяснить, если за годы я привык только решать. Есть проблема – беру и решаю. А тут «сама подумаю, сама сделаю», и по столу не стукнешь – глупо.
Куда было бы проще – привез ее к ресторану, зашли, все сказали и вышли. Но не согласится же. Упертая.
Она и так мне уже сказала, что переживает, как это на моем бизнесе отразится. Я попросил, что бы об этом хоть не думала.
Да, контракт с Рогальским у нас висит. Но не совсем же он дурак бизнес подставлять и госзаказ сливать? Хотя, пока все, что я о нем знаю, говорит, о том, что он дурак. Надо перестраховаться. Хотя где я сейчас поставщика найду? В конце мая выход на финальную часть и все.
Возвращаюсь из своих мыслей и снова смотрю на сына. Васька сегодня просто безмерно счастлив, что обыгрывает нас в какую-то настолку.
- Я спать. – наконец поднимается мама, – Вася и ты тоже. Пора.
- Ну баааа! – тянет сын.
- Никаких, ба! Почти полночь. Это сейчас праздники, а потом снова будет учеба и снова рано вставать, тебя потом не добудишься.
- А мне Марина Игоревна будет разрешать опаздывать, да? Или мы все вместе будем отсюда кататься и опаздывать, тогда меня точно никто не накажет!
Я перевожу взгляд на засмущавшуюся Марину.
- Пап, ну я же здорово придумал! А вечером будем опять вот так играть! Давай, пап! Марина Игоревна!
- Василий, спать! – командует моя мать, и сын безропотно подчиняется.
- Доброй ночи. – бубнит он.
- Доброй. – отвечаем мы и провожаем их взглядом.
- Мариночка, помни, что завтра надо быть без синяков под глазами.
- Я тоже пойду наверх, наверное, - прощается Марина. – Доброй ночи, Алексей.
Кажется, Марине неловко оставаться со мной наедине после сцены в душе. Да и мне, тоже немного неловко. Надо же так потерять контроль, а вроде уже не сопливый пацан, чтобы так снесло голову при виде полуобнажённой женщины.
Даю ей возможность уйти первой и поднимаюсь к себе. Из-под ее двери льется свет.
