Автор
Марина выходит из школьного туалета, дрожащие пальцы прижимают тест с положительным результатом. Она медленно опускается на стул, в груди у нее растекается теплый свет от радости и тревоги одновременно. Сердце колотится, а новое знание вызывает непреодолимую потребность узнать все об этом чудесном изменении....
Это явно отголоски какого-то важного спора, окончание которого я сейчас наблюдаю. Что ж, просто постараюсь придать лицу невозмутимый вид.
- Может Марина сейчас нам все объяснит, - цедит моя свекровь, - Мариночка, а где Глеб? И почему вы пришли не вместе?
Сейчас или не сейчас? Нет, пока у меня мало информации об их предыдущем разговоре. Надо найти правильный момент. Глупо это делать без Глеба, хочу посмотреть, как он будет выкручиваться.
- Он немного задержался по делам. Будет к семи, видимо.
Всей кожей ощущаю цепкий, пристальный взгляд свекра.
Ай да Давид Григорьевич… Он расставил ловушку, и я в нее попала. Получается мне он сказал одно время, а Глебу другое. Поэтому-то Глеб и назвал мне время на полчаса минут позже. Но зачем? Какой в этом смысл? Я не понимаю. И вообще, почему я так уверена, что это ловушка для меня? Возможно, идет какая-то игра, а я ней просто пешка. Ну что ж… наберусь терпения и подожду.
- Ты восхитительно выглядишь, дорогая, - улыбается Изольда Марковна, - у тебя новое платье, и ты такая в нем… - она пытается подобрать слово, - красивая.
Она окидывает взглядом мои открытые плечи и грудь. Да, я раньше носила более закрытые платья. А Глеб никогда не говорил, что я красивая. Милая, симпатичная, прелестная, но не красивая. И ах, да! Мое ласковое домашнее имя было «мышонок». Ну что ж. Оно явно мне не соответствует сегодня.
- Это правда птичка, ты прекрасна. - Давид по-отечески берет меня за руку. – Впрочем, как и всегда! Поверь старику.
Он бросает взгляд на супругу. За столом снова возникает тишина.
- Ой, - вдруг восклицает моя свекровь, глядя на свой бокал, - я, кажется, совсем стерла помаду. Извини дорогой, я в дамскую комнату. Милая, составь мне компанию, - голосом, не терпящим возражения, говорит мне она.
Я следую за ней и стоило нам остаться вдвоем у зеркала, как она тут же кидается ко мне:
- Какого черта у вас там происходит? Почему ты явилась без Глеба?
О, как это интересно! За четыре года, что я знаю свою свекровь, еще ни разу я не видела ее в таком состоянии.
- Я же сказала, Глеб задерживается по работе. – самым спокойным тоном отвечаю я и выдерживаю ее взгляд. Мое лицо остается невозмутимым, и Изольда Марковна, кажется, успокаивается.
- Хорошо, - выдыхает она. - а то Давид себе уже нафантазировал невесть что.
- Например? - равнодушно уточняю я.
