А я слишком устала, чтобы снова кому-то что-то доказывать.
Мастер уложил новую стрижку локонами и только тогда повернул меня к зеркалу. Выглядела я как «девушка, вашей маме зять не нужен?». Щеки впали, живот подтянулся, волосы блестят. Но главное не это. Что-то поменялось внутри, и теперь это стало заметным не только мне, но и подругам.
- Настя, - Вика восхищенно рассматривала прическу. Мои волосы вились сами по себе, и мягкие пшеничные завитки всегда приводили ее в восторг. – Ты такая красивая!
- Спасибо, я знаю.
- Ты как будто другая совсем.
- Лучше или хуже?
- Не знаю.
- Она влюбилась просто, - Римма улыбалась и даже не понимала, насколько в попала в цель.
Я снова крутанулась в кресле, волосы разлетелись по плечам, создавая живую волну. Ну как хороша! Смотреть на себя в зеркало теперь стало моим маленьким ритуалом. Дома, в машине, в витринах магазина и даже в темной экране телефона, когда нажимаешь блокировку.
- Да ладно?! – Не поверила Вика. – В кого?
- В себя.
И это была правда. Я заново открывала эту смешную, милую, очень интересную женщину и мне она нравилась. И да, все что со мной случалось, происходило не само по себе, а при помощи Тимура, но рассказывать о нем не хотелось. Я не стеснялась его… наверное. Просто все это было очень личным. Только для меня. По крайней мере сегодня, а до завтра еще дожить надо, так далеко я не загадываю."
"Весь следующий день я готовилась к приходу Тима. Мыла дом, выкидывала из шкафов и коробок лишнее, даже избавилась от посуды, которую нам дарили и которой я никогда не пользовалась. Под бодрую музыку и солнце, наконец проснувшееся после спячки, я могла убирать весь день. Уже сбилась, сколько коробок с мусором перевезла к свалке. Здесь было все: одежда, книги, косметика, какие-то сувениры из поездок, которые собрали больше пыли, чем приятных воспоминаний. С особым удовольствием, я кинула в бак рамку с фото. Я и Женечка у меня в кабинете. Она как любимая дочь, обнимает меня и радостно смотрит прямо в камеру телефона. Кажется, фотографировал нас Савранский. Снимку не больше полугода, но как хорошо он состарился. Я снова улыбнулась, вспоминая, какой секрет храню от своего мужа. От него и для него. Ну ничего, милый, моя месть как яд, должна быть выдержанной, настоявшейся. Не только за эту измену. Вообще не за нее. А за то, какой стала, благодаря тебе, за все плохие слова, за все равнодушные взгляды, за все ночные смены и часы ожиданий, когда у тебя, наконец, появится время для нас.
Закончив, я встала на носочки и заглянула в мусорный жбан. Наше фото упало лицом вверх, и теперь Женечка смотрела на меня снизу, окруженная банановой кожурой, консервами и детскими подгузниками.
Идеальная компания для такого мусора как она сама.
Я вытерла ладони о рабочие штаны и наконец успокоилась.