Автор
Лидия и Ефим Воронов, или как их друзья его кличут "Ворон", встречаются случайно в кафе. Экстремальная ситуция: Ворон из предлагает Лидии обручальное кольцо, словно приглашая к женитьбе. Его необычное поведение и внешность создают непредсказуемую атмосферу, заставляющую всех вокруг задумываться о возможных тайнах их отношениях....
Не, я такое не уважаю. Вот Лидка… бля… баба-огонь…
Кол в трусах подпирает. Не вижу Лидку и даже не мацаю, но возбуждение тотальное! Как будто лет так дцать назад отмотал и готов с одной бабы на другую скакать, без передышки. Мда… Как вспомнишь разбитную молодость, аж присвистнуть хочется: куролесил от души, себя не жалея, а был словно железным и свежим на утро, даже если несколько суток не спал, а потом ушел в отрыв на всю ночь.
Сейчас не дай бог кемарнешь не в положенный час, на роже отпечатается подушка или складки одежды, если под голову подложил локоть.
Наконец, вода перестает шуметь.
Ясен пень, я в тот же миг расстегиваю ремень и молнию, остальное пусть сама снимает. Лида это умеет. Я же помню, как жадно она ко мне потянулась и в руки взяла как надо… Еще бы ротик ее попробовать. Ох, ее язык — такое жало, юркое, быстрое.
Красотка, словом…
— Готова?
Лида раскраснелась, глаза горят.
Ну, точно баба к траху готова. Но зачем-то скользит в сторону шкафа.
Впрочем, она баба с выдумкой, вдруг что-нибудь достанет?
— Что там у тебя не томи.
— Вот, держи!
Лида швыряет в меня какой-то тряпкой.
— Это что?
— Ты пилотку хотел. Вот держи… Пилотка, все, как заказывал.
И ведь, реально…. пилотка. Не в смысле, женская, а в смысле — миниатюрная такая, головной убор.
— Прикалываешься?! — зверею. — Откуда у тебя пилотка, млин?
— Стюардессой стать хотела. А ты думал, я тебе свою киску возьму и поднесу? Ха!
— Прекращай херней страдать. Хочешь же секса.
— Спасибо, но я уже все.
— Как?!
— Ловкость рук и никакого мошенничества, — самодовольно заявляет.
Пиздец! То-то у нее глаза сверкали, она свою малышку потеребила себе на радость, пока я словно кретин ее ждал.
— Отлично, значит, уже мокрая. Сюда иди… — делаю шаг в ее сторону.
— Не трогай меня, Ворон! Я против! Это будет насилие. Насильников даже в тюрьме не уважают! — повышает голос.
Млять, да что ты будешь делать?
У меня переполненные яйца гудят от спермотоксикоза. Плюс ее слова, что она себе уже, млять, хорошо сделала, значит, там все сладенько, готово… Только на член натягивать!
— Сука.
Пар из ушей валит.
И ведь права, износ я не уважаю. Никто не уважает.
Таких чмырят, гнобят. Сам я никогда не оказывался в ситуации, когда надо было бабу принуждать. Всегда на член с разбега заскакивали и потом ждали добавки.
— Ты не понимаешь, Лида. Нарываешься ты у меня! Нарвешься…
— Нет. Фиктивный брак, Ворон. Вернемся к этой концепции.
— Поздно.
