Автор
Алла смотрит на мужиков из-под тенистого окна игровой, словно затаив дыхание. Её глаза светятся фантазией о том, как бы она расставила бокалы и подняла кусочек торта — всего лишь маленькое удовольствие от вины с мёдом, но потом ей захотелось больше. Алла знает, что такая чёртовщина уже не разрушит её жизнь, но она готова на всё, чтобы изменить обычное течение событий....
Он держал бутылку с песком, из горлышка которой торчали мои трусики.
Я смеялась, как сумасшедшая, и такой живой, отчаянной и просто дерзкой себя ещё никогда не чувствовала.
Даже в свои лучшие, блин, годы!
Моему смеху вторил раскатистый смех нового знакомого. Потом он притормозил в укромном местечке.
Посмотрел на меня. Я — на него.
Он потянулся ко мне и сразу обозначил курс.
— Я увидел, это были твои трусики… — и между моих бедер легла его горячая ладонь, а губы оказались поглощены поцелуем.
Глава 18
Алла
Я не возразила. Не потому что не успела.
Всё было намного проще: я не хотела возражать.
Тем более, целовался этот Константин, как самый настоящий диабло, мастерски вводил в искушение, давал почувствовать страсть, желание. Только от того, как он посасывал язык, изредка кусая самый кончик, можно было испытать один маленький оргазм.
Но он же не только целовал меня, я ему отвечала, он принимал и добавлял ещё страсти.
Это было вкусно и так по-настоящему, что я с трудом могла себя контролировать.
Все, чего я хотела, это чтобы он… продолжил.
Однако Константин никуда не спешил. Целовал мои губы, изредка порыкивал комплименты в рот, под сбившееся дыхание.
Его пальцы осторожно поглаживали мои ноги. От колена до внутренней стороны бедра, продвигаясь к цели понемногу.
Будь это Макар, он бы послюнявил пальцы и уже жмакал мой клитор, теребил его быстро-быстро…
Да, я сравнивала.
Не могла не сравнивать!
И, думаю, любая другая женщина, весь сексуальный опыт которой ограничивался одним-единственным мужчиной на протяжении более двадцати пяти лет, вела себя точно так же.
Невольно, но сравнивала бы.
Вот и я.… сравнивала.
И прости, Макар, но сравнение не в твою пользу.
Я думала, ты отличник, гуру в сексе, но ты, оказывается, троечник — в целом, и лютый прогульщик — в прелюдии.
Константин лишь бегло и совсем немного касался краешка половых губ, несколько раз мазнул по клитору.
Будто бы случайно — едва заметно коснулся и почти сразу же отступил назад.
Но я взвилась на месте от таких касаний, поглаживаний, мягкого соблазна и желания, которое нешуточными дозами впрыскивалось в мою кровь.
— Хочу тебя…. — признался Константин, начав ритмично и глубоко двигать языком у меня во рту.
Я была на грани.
Выдержка давно сказала прощай.
