Автор
Яна бежит к врачу, дрожащими руками, и сразу после вызова возвращается домой. Алексей требует хороших новостей, но Лёша настаивает: процесс медленный и начнётся с первого шага — консультации и диагностики. Яна чувствует обреченность в этих словах, знайте атмосферу страха и напряжения в семье перед приходом нового врача....
— Там что-то переигралось, круглая дата вроде. В общем, решили шикануть и уехать на базу отдыха. Я лично её отвёз, говорю же.
— Понятно, — неуверенно бормочу и потихоньку сползаю с кровати, — Пойду тогда приму душ.
Через пару минут Миронов тоже заходит в ванную, подходит и забирает из моих рук губку, начинает меня мыть. Это покажется глупо, но во время секса у меня практически не было стеснения, всё было на каких-то звериных инстинктах, в порыве, в моменте. Сейчас же, не знаю, куда себя деть, как нам дальше себя вести по отношению друг к другу, что вообще будет? Сейчас я уже не такая смелая и по факту: горю от смущения.
— Давай я сама домоюсь.
— Не-а и вообще зря мылась. Сейчас на второй заход пойдём.
Вытаращиваюсь на него во все глаза, отбираю губку и начинаю шоркать себя с каким-то остервенением.
Из ванны выхожу первой, переодеваюсь и ставлю на кухне чайник. Наливаю по чашке чая, ставлю вазочку с печеньем. Минуты через три Глеб выходит в одном полотенце вместе с облаком пара.
— Иди сюда, — манит рукой к себе.
Мотаю головой, опускаю глаза на стол и бесцельно сдвигаю чашку с чаем.
Миронов подходит, молча поднимает меня и перекидывает через плечо. Я тихонько вскрикиваю и колочу его по спине. А он в ответ сдвигает ткань шортиков вверх и закусывает мою попу.
— Глеб, ну, отпусти меня! — шиплю, так как боюсь, что криком могу разбудить соседей, хотя, думаю, они и так все слышали
— Отпущу после того, как ты словишь ещё пару оргазмов.
Отпустил он меня только в пятом часу утра. Когда ни у кого из нас сил уже не осталось… Мы просто провалились в пустой и тёмный сон. Но уже в десять утра мы одновременно проснулись от звука бьющегося стекла.
Глава 24
Яна
В дверном проёме комнаты стоит мама и ошарашенно смотрит на нас. Под ногами у неё разбитая банка домашнего вишнёвого компота. На полу растеклась красновато-бордовая лужица, и от её вида становится не по себе, словно это и не компот вовсе, а чья-то кровь.
Мы с Глебом абсолютно голые, и одеяло это не особо скрывает. Да и хаотично разбросанная на полу одежда позволяет дорисовать всю картину того, что тут происходило.
— Яна, это что ещё такое? — дрожащим голосом, полным непринятия увиденного, говорит мама. — Я не понимаю…
— Мам, всё не так, — испуганно скулю.
— Как не так? Яна, ты что натворила? — она прикрывает лицо руками и всхлипывает.
