Автор
Героиня в браке с властным миллионером, который контролирует её каждый шаг через водителя-охранника. Душащий контроль и одержимость супруга идеей ребёнка заставляют её искать выход. Но побег от золотой клетки осложняется растущим чувством к охраннику, который становится её единственной...
Начинаю вспоминать последние события. Ничего хорошего. Я помню, что упала в обморок во дворе, а значит, сейчас нахожусь в больнице.
Да, я определённо в медицинском учреждении. Этот специфический запах не спутать ни с чем: хлор, антисептики. Тяжело вздыхаю и открываю глаза, верчу головой по сторонам. В палате я одна, что неудивительно.
Муж позаботился.
От одной этой мысли начинает печь в груди. Думать о супруге противно, больно, мучительно. Не представляю, как возвращаться теперь домой. Да и могу ли я назвать это домом? Считаю, что дом — место, в котором всегда уютно, спокойно, комфортно и безопасно. Более того, дом ассоциируется с любовью и тёплом, то место, в которое хочется возвращаться.
Это не мой дом, а Алексея. Его логово зверя и моя клетка.
Новая попытка подняться. И мне почти удаётся, как слышу, что к палате кто-то подходит. Быстро падаю обратно и притворяюсь спящей.
— Ирина Леонидовна, сейчас я прокапаю девочку и сразу же подойду к вам, — слышу приятный женский голос и понимаю, что, скорее всего, это медсестра.
Открываю глаза и вижу невысокую светловолосую девушку, с убранными в хвост волосами, в голубых брюках и белой медицинской рубашке. Она закатывает за собой штатив для капельницы. Переводит на меня взгляд, и на её лице мгновенно расцветает добродушная улыбка.
— Яна Викторовна, как вы себя чувствуете?
— Х-хорошо, — говорить удаётся с большим трудом.
— Вот и славно. Сейчас мы вас подлечим, и станет совсем замечательно! — закрепляет на штативе мешок с каким-то лекарственным раствором. — Сейчас прокапаем витаминки, лекарства и будете дальше отдыхать, набираться сил.
— Спасибо, — киваю и пытаюсь выдать небольшую улыбку ей в ответ.
К счастью, со слов медсестры, Белов уехал, сегодня гостей у меня уже не будет. Облегчённо вздыхаю и даже немного успокаиваюсь. Дожила, в больнице стало спокойнее, чем где-либо ещё на этой планете.
Чуть позже появляется мой врач. Это была та самая Ирина Леонидовна, чьё имя ранее я уже слышала. Она оказалась высокой, строгой женщиной, с идеально уложенными пшеничными волосами. Из макияжа — только нежно-розовая помада на пухлых губах и тушь на ресницах. Врач сухо рассказала о моём состоянии, плане лечения и немного поругала за то, что запустила своё здоровье.
Позже, мне ещё раз поставили капельницу, но уже с препаратом железа, и вечером два укола перед сном.
Так, я провела в больнице пять дней. Алексей навещал меня ежедневно. Притаскивался с виноватым видом, но я то притворялась спящей, то просто молчала.
