Героиня потеряла память о прошлой жизни и муже-драконе, но носит его ребёнка. Её Истинный — повелитель пиратов — готов разделить с ней власть в галактике. Но сердце женщины тянется к другому — холодному и опасному, разрывая её между долгом, любовью и неизведанным прошлым.
Я ценю в людях три качества: честность, преданность и решительность.
- Жаль, что вам, адмирал, эти качества не достались, - не думая смягчать тон беседы, фыркнула я.
Кесид заметно оскорбился. Правда, вида не подал. Мужские губы растянула наигранная улыбочка.
- Кажется, начинаю его понимать…
- Кого? – Я подняла голову и уперлась в откровенно дерзкий мужской взгляд.
- Вашего мужа-дракона, - с хрипотцой ответил Финор.
По спине побежал морозный озноб. Стоить напомнить об отце моих детей – я проваливаюсь в чувственный шторм и ничего не могу с собой поделать.
- Вот как? – Еле выдавила сиплым шепотом.
- Дерзкая, непокорная, юная, соблазнительная. – Жаркий взор собеседника фривольно блуждал по моей фигуре, цепляясь за полную грудь, откровенное декольте и выпирающие косточки ключиц. – Мало, кто из мужчин способен устоять. Даже если он – дракон.
- Собираетесь обсуждать мой первый брак?
- Это ни к чему. Я лишь сказал, что понимаю тиана Раксана. Достанься мне такая жена абсолютно за даром, я бы никогда ее не отпустил.
- А муж и не отпускал.
- Разве?
Гад услышал. И, болтая бокалом с виноградным напитком, желчно усмехнулся:
- В таком случае, почему вы сейчас здесь, со мной, а не с мужем-драконом в спальне наедине?
Чудом подавила желание плюнуть в холеное мужское лицо. Бьёт по женскому самолюбию? Намекает, что Раксан на самом деле жив, а землянку-жену бросил потому, что она с самого начала была нежеланной?
- Я задам мужу этот вопрос. Когда мы снова увидимся.
- Если увидитесь, - с коварным прищуром поправил Кесид."
"Стиснув зубы, нащупала пальцами брачный браслет и обручальное колечко из платины – свою единственную связь с Истинными и набрала воздух в грудь. Вот только подходящая колкость, которой хотелось больно задеть Финора – унизить и оскорбить, никак не приходила на ум.
Он, наслаждаясь собственной раздутой значимостью, налил себе еще вина, но до рта бокал донести не успел. Залитый мягким желтоватым светом ресторан с отделкой из мрамора утонул в агрессивном красном зареве.
Отовсюду завыла сирена, сопровождаемая железным голосом искина:
- Тревога! Тревога!
Гости ресторана оживились. Мужчины в военной форме одновременно выпрямились, немногочисленные дамы испуганно завертели головами.
Финор мгновенно связался по коммуникатору с кем-то из помощников и зарычал:
- Что? Ты уверен?
Симпатичное мужское лицо перекосило от смеси злобы и испуга.
- Проклятье.
Сорвав с коленей белую салфетку, поднялась из-за стола, поддерживая ладонью живот.
