Автор
Драцена умерла, любимая сестра Виталика, подаренная ему на пятнадцатый юбилей. Ее внезапная смерть омрачила дом семейного врача. Теперь остается лишь вспомнить ее хихочущую улыбку и способность заставить даже самого экономичного мужа выбирать дорогие подарки.
— Да я не мог уже больше ждать! — Восклицал Андрей, пытаясь увернуться от собачьей любви.
— Надо почаще приезжать, Алина, — отчитали уже меня, пока я придушено попискивала откуда-то из недр Борисычева свитера, утонув в его объятиях.
— Я постараюсь чаще привозить, — пообещал Станислав.
Клянусь, дальше мы таскали судочки и все остальное целый час, наверное.
Оглядев довольно таки немаленькую кухню Станислав, приперший остаточное количество каких-то совсем уж мелких контейнеров, предложил:
— Может, все-таки, перенесем стол в гостиную? Мне кажется мы все здесь не влезем толком, только будем друг другу мешать.
— Да уж, — Борисыч согласна почесал затылок, — я уже и позабыть успел что такое большое застолье. Тома! Тома!
— Что такое? — Тамара вплывала в кухню, неся на блюде свой фирменный холодец, видимо, застывавший на балконе. Она ловко увернулась от сборного отряда из Андрюхи и пса и всучила блюдо своему мужу.
— Нам нужен стол! — Возгласил Борисыч, и поставил холодец на подоконник.
— В подвал. Только переоденьтесь, — Тома критически осмотрела нарядных мужиков, — а то у нас будет стол и два маленьких чумазеньких чертенка. А мы пока чаю попьем. Девочки…
Андрюха увязался за Борисычем в подвал. Невозможно было даже помыслить о том, чтоб запереть его тут, под женскими юбками, в безопасности и… Скуке.
А там его ждали новые открытия, клады и много-много пыли."
"Мы же сели пить чай теплой женской компанией.
— У меня новость, — Тома поставила на стол к чаю блюдо с маленькими, на один укус тарталетками, начиненными сливочным сыром, икрой, креветками и красной рыбой.
— Надеюсь, хорошая, — я прицелилась и подхватила ту, что поближе, с мазком черной икры на макушке и желтым солнечным лимончиком.
— А то. Прооперировали вашего охламона вчера. Правда пока в сознание не приводят, говорят, с завтра начнут потихоньку снимать с седации. Нельзя резко, он же считай больше недели на успокоительных.
— Ох, — свекровь схватилась за сердце, — радость то какая, только капель накапайте.
— Опять вы свои таблетки не пили? — Я постаралась говорить очень строго. Не так давно Борисыч устроил Анне Петровне визит к одному светилу кардиологии, куда я безуспешно пыталась записать ее пару лет уж как. Теперь моя свекровь пила какие-то новые таблетки три раза в день, а капли ей сказали постараться не принимать совсем. Иногда она, правда, забывала, приходилось следить.
