Автор
Драцена умерла, любимая сестра Виталика, подаренная ему на пятнадцатый юбилей. Ее внезапная смерть омрачила дом семейного врача. Теперь остается лишь вспомнить ее хихочущую улыбку и способность заставить даже самого экономичного мужа выбирать дорогие подарки.
Но ведь есть детская, значит, должны быть дети?
— Не изображай мельницу, — бультерьер подобрался к хозяйке, положил ей голову на колени, а она начала чесать его за ушами, отчего собакодемон аж млел. — Наш с Борисычем сын в Америке живет, у него там семья, все дела. Так что ты ну вообще никому не помешаешь.
И я согласилась.
Можно подумать, у меня был выбор!
А утром позвонил Виталик.
Глава десятая
Я стояла и смотрела на экран телефона, где было написано “Любимый муж, входящий звонок”. Брать трубку не хотелось совершенно, но перспектива встретиться сразу на линейке первого сентября казалась мне еще хуже и я ответила.
— Не знаю где тебя носит, — ледяным тоном произнес Виталик, — но у нашего сына через час линейка. И хочу напомнить, что у нашего сына порок сердца, ему нельзя волноваться. А у моей мамы давление и нервы, так что изобрази на роже что-то приличное, когда приедешь. — И положил трубку.
Я тут же перезвонила. Как он посмел. Как будто это он, а не я, лежал в больнице в Андрюшей в счет своего отпуска, он, а не я, навещал свекровь в больнице после сердечного приступа.
Но он не взял трубку.
Я успела успокоиться, пока ехала в такси, и во двор школы зашла улыбаясь. Чего не сделаешь ради сына, даже позволишь неверному мужу себя обнять и взять под руку. Руку тут же больно сдавили. И пока свекровь бегала за Андрюхой, которому все было ново и интересно, Виталик меня отчитывал, впиваясь пальцами мне в руку чуть выше локтя.
— Как ты посмела не ночевать дома.
— То то я смотрю ты сильно волновался, так сильно, что позвонил только утром. За весь вечер у меня ни одного звонка от тебя не было.
Он фыркнул и явно собирался сказать еще что-то такое же гадкое, но тут толпа родителей и детей зашевелилась, дети ушли на линейку, а свекровь к нам. Виталик тут же меня отпустил.
— Алиночка, ты же останешься потом с нами? — спросила она, подходя.
"— Я не смогу, — пришлось улыбаться, хотя рука нещадно болела. — Мне надо на работу, сегодня же пятница. — Я не собиралась врать, но поведение мужа начинало меня откровенно пугать. Он вел себя так, как будто это я ему изменяла, а не наоборот.
Впрочем, свекровь нисколько не расстроилась, особенно когда выяснилось, что Виталик все таки взял отпуск и может после линейки пойти с ней и Андрюшей в пиццерию.
Тамара Васильевна не стала мне звонить.
