Автор
Драцена умерла, любимая сестра Виталика, подаренная ему на пятнадцатый юбилей. Ее внезапная смерть омрачила дом семейного врача. Теперь остается лишь вспомнить ее хихочущую улыбку и способность заставить даже самого экономичного мужа выбирать дорогие подарки.
И мы резались во всяческие стрелялки и прохождения весь вечер, почти до полуночи. Со Станиславом оказалось очень весело играть. Он не поддавался, но и не задавался, когда выигрывал, не делал секрета из своих стратегий и не чурался меня обучать. Так что к ночи я у него даже выиграла пару раз.
— Боже, как хорошо, — я сходила попить водички, а потом рухнула с этим воплем через подлокотник дивана, к Станиславу на руки. — Какой же отличный получился вечер!
— Это потому что с тобой все вечера отличные, — он шуточно чмокнул меня в нос, — я раньше только с Настасьей так веселился, ну и еще с университетскими друзьями, но это было уже очень давно.
— А я так и не помню уже когда. В детстве наверное, — и я подышала ртом ему в свитер.
— Щекотно! Ты же понимаешь, что я тебе отомщу?!
— Не выйдет, — я вскочила, захватив с дивана подушку, одну из множества, впрочем сейчас большинство лежало на полу, так что пока Станислав тянулся за “боеприпасом” я успела его “обстрелять” серией из трех подушек и с хохотом убежать за кресло.
Мы дурачились, смеялись и в какой-то момент я снова упала на диван, перевалившись через подлокотник, только на этот раз Станислав был сверху.
Мы стали целоваться как сумасшедшие, его глаза заволокло туманом, джойстик, лежавший на диване и впивавшийся нам обоим в бок Стас просто отшвырнул куда-то в полутьму. Я стащила с него свитер, он задрал вверх мою пижамную рубашку и мы впервые соприкоснулись телами так близко. Это было как прикасаться к очень, очень горячей печке, жарко, желанно, я даже застонала от удовольствия.
А потом, через долгие горячие мгновения, заполненные поцелуями, ощущением его рук на моем теле, предвкушением чего-то большего, он просто встал, ухмыльнулся и сказал:
— По-моему нам пора спать.
Глава сорок вторая
— По-моему нам пора спать. — Сказал Станислав.
— В смысле спать? — Я сначала не поняла.
— В смысле у нас завтра очень насыщенный день и надо выспаться. — Станислав поднял одну из подушек и бросил в меня.
От возмущения я не могла произнести ни слова. Только лежала и разевала рот, как выброшенная на берег рыба. Так что уходящему наверх Станиславу достался только мой полный ярости взгляд и брошенная вслед подушка.
Не попала.
И спать он отправил меня наверх, одну! Правда, укрыл одеялом, подоткнул его под бока, чтоб нигде не задувало холодом, нежно поцеловал и ушел.
