Не думать. Не жалеть. Не любить. Авилина сидела на скромной кровати, её тело устало от неудобного положения. Её взгляд не давалось затеряться в сонном пространстве: она видела генерала и его "сестру", которую когда-то называли ближе к сердцу.
Стоило обучаться тактике битых восемь лет, служить под руководством Авалоса, дабы растерять драконов в первом же бою. Он был намерен доказать всем, что куда лучше Зорана. Крайли не готов был признавать ошибки, вместо этого он совершал всё новые. Какой ценой? Ценой чужих жизней!
— И для чего же меня просит император? — Эменгар буравила дракона глазами, скользя по его безупречному кителю и военной выправке. Когда-то Осберт был тоже таким же ладным и подтянутым.
— Он хотел бы вам задать пару вопросов, — дракон поправил сюртук, ощущая, что эйра его притягивает своей высокомерностью, которую хотелось подавить.
О семье Бейлей говорили много. Ещё бы! Сначала Авилина стала женой второго по значимости дракона империи, а затем сбежала с любовником в соседнюю. И кто бы мог подумать, что Авалос сделается преступником, забудет честь и достоинство, отправляясь вслед за беглянкой. Накладывая на всю семью позор!
— Можете задать мне вопросы здесь! — холодно отозвалась Эменгар.
— Но у меня нет вопросов, — мягко улыбнулся Домиар, и Эменгар показалось, что этот юноша с ней заигрывает.
— Хотя, — задумчиво поднял глаза Домиар, встречаясь с женскими, — если вы позволите мне войти, я бы уточнил у вас несколько моментов.
Эменгар всегда была примерной женой и хозяйкой, на которую стоило ровняться.
Уже вечером, как только она предстанет перед Рудольфом, ей предстоит держать ответ за дочь, мужа и зятя, ставших преступниками. И кто знает, дадут ли ей возможность вернуться обратно в замок, или же её ждал Бауэр. Тюрьма, из которой никто никогда не возвращался. Только в чём виновата именно она?
От этой мысли стало не по себе, и она облокотилась о стену.
Она отошла от проёма, давая возможность молодому дракону войти внутрь, и он захлопнул дверь перед носом сопровождения. Две служанки, застывшие около дивана, были отосланы, а Эменгар с Домиаром отправились в кабинет Осберта, который пустовал вот уже как более двух недель.
— Что вы хотели мне сказать?
В кабинете царил полумрак.
