Не думать. Не жалеть. Не любить. Авилина сидела на скромной кровати, её тело устало от неудобного положения. Её взгляд не давалось затеряться в сонном пространстве: она видела генерала и его "сестру", которую когда-то называли ближе к сердцу.
— Лутарф, иди!
Лис поспешил следом за солдатами, держась от них на безопасном расстоянии. Торн мог в любой момент покинуть генерала, но его долгом было отплатить тому его же монетой. И пока Зоран нуждался в помощи, старик его не оставит.
— Что на тебя нашло? — накинулся эльф, как только Осберт, Ида и он остались без свидетелей. — Какого дракона ты делал в лесу с преступником?
— Мы просто собирали кору, — вмешалась Ида, понимая, что этот мальчишка знает тех, чей облик они приняли.
— И потому заговорили с чужаком? — сдвинул он брови.
— Что будет с ним? — решил поинтересоваться тот.
— Да какая тебе разница? Я тебя не узнаю, — эльф снова огляделся. — Сейчас повезло, что здесь оказался я. В другой раз может быть иначе.
— Брат, — вступила в разговор Ида, и эльф с удивлением посмотрел в её сторону. — Спасибо тебе, что спас нас с Лутарфом, — улыбнулась она, и тот в ответ кивнул.
— Идите домой, — приказал. — А я скажу, что вы просто добрые граждане.
Он быстрым шагом отправился обратно, а Ида ухватила Осберта за плечо, не пуская. Тот бросил взгляд на её хрупкую руку, и выродка тут же отстранилась.
— Простите меня, эйр Бейль, — склонила голову. — Но Зоран прав. Больше шансов вызволить его, находясь на свободе, нежели рядом.
— Но как его найти?
— Торн, — она посмотрела господину в глаза. — Я видела, что он последовал за солдатами. Уверена, он найдёт способ освободить Зорана.
— И что ты предлагаешь? Сидеть, сложа руки, пока старик сделает всё за нас?
— Перед тем, как Зоран побежал, он успел сказать мне кое-что.
Осберт с интересом обратился к девушке, и она произнесла.
— Я сам найду вас с столице.
Глава 17
Найл, облачённый в длинный бархатный халат, стоял у большого окна, смотря на заходящее солнце. Красные отблески, озарившие небосклон, были прекрасны и напоминали ему всю его жизнь, которая рука об руку шла со злобой и болью. Под бархатом скрывались лишь мягкие спальные штаны и больше никакой одежды.
В дверь робко постучали, и тут же она отворилась, впуская несколько служанок и облачённую в красивое чёрное платье девушку, в которой Найл не сразу признал ту, что привёл с собой. Её волосы, до этого собранные в хвост, струились по плечам чёрным каскадом, кожа, казавшаяся алебастровой, белела, выгодно выделяя подведённые чёрным глаза и красным губы. Служанки поклонились императору, исполняя его волю, и оставили пленницу наедине с тем, кто приказал привести её сюда.
