Не думать. Не жалеть. Не любить. Авилина сидела на скромной кровати, её тело устало от неудобного положения. Её взгляд не давалось затеряться в сонном пространстве: она видела генерала и его "сестру", которую когда-то называли ближе к сердцу.
Она раскинулась звёздочкой, смотря на голубой балдахин над головой, а потом приподнялась на локте, сдвигая брови на переносице. — Как всё прошло с Найлом?
У стен тоже могут быть уши, потому Эрина резко вскочила с места, решая проверить свою догадку. Она приложила палец к губам, давая понять, что разговаривать сейчас не следует, и принялась внимательно рассматривать расписные стены на предмет магических приспособлений или неприметных отверстий, за которыми могли располагаться слушатели.
— Замок такой чудесный, — хвалила она здание, шаг за шагом проверяя стены.
Она говорила и говорила, в то время как Ави следила за странными передвижениями Эвилины, когда та, повернувшись к ней, еле заметно кивнула. Она нашла то, что искала. Найл не оставил их без надсмотрщиков, потому что был обязан узнать всё о красивой и подозрительной драконице.
— В какое время будет бал? — подошла она ближе к Авилине и прошептала.
Она подвела Авилину к кровати, усаживая её мягкими касаниями, и Ави пришлось положиться на чутье и внимание выродки.
— Уверена, император справедлив и заботлив по отношению к своим гостям. А потому разыщет вам подобающий наряд, дабы вы были неотразимы на балу.
— Эри, — начала было Авилина, но тут же её рот был зажат маленькой ладошкой.
— Эрика, моя госпожа, — напомнила она ей об осторожности.
— Как твоё дитя, Эрика? — поинтересовалась Авилина, и выродка округлила глаза.
— Моё? — покосилась она на живот эйры, и та несколько раз кивнула.
— Мне пришлось рассказать императору о том, что тебе нездоровилось после поездки, и причина недуга заключена в беременности.
— Ооо, — усмехнулась Эрина, вспоминая об истинной причине своего отсутствия. Она пошла на это только для того, чтобы спасти их обеих. Узнай Найл, кто перед ним, он бы отправил выродку в тёмные подвалы, из которых не так-то просто выбраться, а Авилину оставил бы в качестве трофея. И кто знает, чем бы закончилась эта история.
