Автор
В темной комнате шепчутся страсть и страх. Женский голос зовет в потусторонний мир, где границы между праведным и неправедным размываются. Мужской ответ — оглушительный крик отчаяния. Атмосфера запаха жарких поцелуев, смеха и слез растворяется в тишине ночи, оставляя на душе дурманящее желание и тревогу....
Этот факт мог бы сыграть на моей стороне, если бы я была против развода. Но я не против. Я жажду его.
— Что?! — мрачнеет Влад.
— Жажду больше всего на свете. Теперь дай пройти! — сжимаю сумочку крепче. — Не препятствуй.
— Лиза, ты совершаешь большую ошибку! — хмурится Влад. — Дай нам, нам двоим немного больше времени.
— Для чего? Еще не всеми способами втоптал меня в грязь? Желаю тебе долго и счастливо. С той, которую ты так долго хотел. Больше я не хочу ничего слышать.
***
Он
Была крошечная надежда, что Лиза остынет.
Может быть, она и остыла. Да так, что совсем заледенела и смотрит на меня сердито.
Не стоило оставлять ее в покое.
Я давно выяснил, где она сейчас живет, и не следовало позволять ей становиться слишком уж самостоятельной.
Обидно ли мне?
Еще бы…
Здесь, как нельзя иначе, подходит выражение: не жили богато, нечего и начинать. С той разницей лишь, что в моем случае речь идет об изменах.
Сколько соблазнов было, сколько девушек, женщин — скромных или не очень, раскованных и опытных, крутилось вокруг меня за эти годы? Сотни… Я уже молчу про девчонок из эскорта, которых иногда приглашают на вечеринки отметить удачное завершение сделки… Я всегда от соблазнов отказывался, хранил верность жене, и только в последнее время меня переклинило.
***
Позднее
Выходим из зала суда.
Не верится, что нас развели.
— Теперь ты довольна?
Я чувствую себя поверженным и прижатым к полу на обе лопатки. И кто меня сделал? Она? Вот эта хрупкая женщина? Мать наших детей…
— Я буду довольна, когда ты оставишь нас в покое, — говорит Лиза.
Судя по ее выражению лица, она тоже еще не может поверить в наш развод и избегает смотреть мне в глаз.
— Теперь, что… Отмечать? С хахалем этим?
— Уймись, — отвечает беззлобно. — Может быть, для разнообразия у тебя изо рта иногда может вылететь что-нибудь путное? Или нет? Если нет, то очень жаль."
"— Поужинаем?
Лиза смотрит на меня, как на сумасшедшего, и отходит на пару шагов в сторону.
— Нет, конечно же. Нас ничто не связывает!
— Ничто, кроме двоих дочерей.
— Я помню, Влад. И мы… общаемся.
— С младшей. А со старшей?
— Варе не так выгодно со мной общаться, видишь ли. Ведь у папочки кошелек потолще…
— Зря ты так. Я сам сказал ей держаться подальше. После той сцены в больнице.
— Удивлена.
— Я все еще могу тебя удивлять? Значит, не все потеряно.
Слов нет, как хочется прикоснуться к жене.
Развод ни хрена не значит. Я считаю Лизу своей женой, и точка.
