Автор
Она — Папа, не падай! Тебя с ней видели! Муж и дочь стоят у кофейни со стаканчиками в руках: муж - капучино без сахара, дочь — чай со льдом. В торговом центре случайно подойдя к ним, я готова была сделать неожиданный сюрприз.
Он будто пытается откупиться от меня, загладить вину деньгами, которых у него много!
С чего бы ему вообще ко мне возвращаться?!
Я же старая и истеричная, ах да… Унюхал он что-то… Еще и поцеловать пытался.
До чего же наглый!
А ведь он всегда был таким, обескураживающе наглым, дерзким, с нахальным, раздевающим взглядом.
Он всегда считал, что ему позволено многое.
И мне это нравилось, я любила его таким, какой он был, а теперь…
Видеть его не могу, так хочется ему в лицо вцепиться…
Но сегодня его нет.
Ааа… Все, устал.
Пожалуйста! И полгода не прошло, как ему уже надоело.
Ветер отрезвляюще цепляется мне в лицо.
Холодно.
Пора идти к себе…
Кошку завести хотя бы, что ли?!
Я прохожу несколько метров своим привычным маршрутом, и вдруг — передо мной появляется она.
Мария.
Я узнаю ее сразу — по этим надутым губам, по взгляду, злому и голодному одновременно.
— Что ты здесь забыла? — спрашиваю я.
— Тебя поджидаю, — улыбается одними губами, а глаза — злые.
— Интересно, зачем?
— Затем, чтобы напомнить тебе кое о чем. Ты в разводе, милочка. Ты уже все соки из Георга выпила, так, может, пора оставить мужчину в покое?
— Что ты такое несешь?
Мария делает шаг вперед, взмахнув телефоном с нашим фото:
— Что это такое, по-твоему? Сиськи вывалила, держишься рядом. Да ты просто таскаешься за ним повсюду.
Мне аж смешно: вот это самомнение, а сколько экспрессии!
Внутри мелькает догадка: неужели Георгий не соврал, когда сказал, что больше с этой девкой не имеет никаких дел?!
— Дай дорогу молодым, старая ослица! Вот чего я хочу.
Потом Мария достает бумажку и размахивает ее, в до
— Видишь?! Я жду его ребенка! — кричит так, что прохожие оборачиваются.
Потом она тычет мне в лицо палочкой с двумя полосками: я отшатываюсь.
Совсем сдурела: ссаные тесты в лицо толкает!
— Хватит цепляться за моего мужика! Он тебя ненавидит, знаешь ли! — ее голос звенит. — Рассказывал, какая ты жалкая, как ему противно было тебя трогать…
Мои пальцы сами сжимаются в кулаки.
— Пошла вон, дура! Жорика твоего никто не держит. Он сам за мной таскается. Буду только счастлива, если ты меня избавишь от такого… подарочка.
— Бред! Не может такого быть! Таскается?! За тобой?! Насмешила! У меня есть отличный вариант для такой, как ты… — шипит она. — Найди себе пенсионера, потому Георгий теперь мой!
И тут...
За нашими спинами прогремел голос.
— Какого хрена ты здесь делаешь? Голос.
Его голос.
Мы обе оборачиваемся.
