Автор
В новой главе истории в самой модной клинике Москвы, каждое приглашение по записи вызывает ожидание и сомнение. Главная героиня — женщина неординарного облика: мини-юбка известного бренда, высокие черные сапоги, блеск дорогих украшений и шубка из соболя. Но сама она готовится к еще большему откровению — предстает перед врачом в роли жертвы, которая несомненно готова к местью....
Закрыв глаза, я силюсь представить себе, какой она была…. Хотя бы лицо… На памятнике нет фотографии, только крест, имя и даты. В горле зарождается ком, плотный и колючий, он мешает дышать.
С болью осознаю, что на момент смерти ей было всего двадцать пять…
— Жень, мне очень жаль… — вздыхает Нина.
Слышу, как, стоя рядом с ней, переминаются с ноги на ногу охранники. Парням явно неловко. Не думаю, что Влад давал им указания на столь нестандартные ситуации.
— Расскажи мне о ней, — получается хрипло.
Холод просачивается под кожу сквозь прижатую к камню ладонь.
В этом всём марафоне боли и предательства паузы вообще не предусмотрено?
— Жень, я мало что знаю. Правда. Саша особо ничего не рассказывал… Насколько я поняла, он встречался с твоей матерью несколько месяцев, а потом она его бросила.
Нина замолкает, а меня взрывает изнутри от предположения, что папа мог быть настолько бессердечен, чтобы так отомстить. Лелеять в себе обиду и не рассказать мне о её существовании? И кого он этим наказал? Умершего человека или меня?
Сложно сказать, сколько мы проводим здесь времени.
Всю свою жизнь я идеализировала отца, а теперь оказалось, что зря.
— Евгения Александровна, поздно уже, — неуверенно обращается ко мне один из охранников.
Осматриваюсь по сторонам. Из-за непогоды сегодня солнцу не прорваться сквозь тучи. Сумерки завладевают городом быстро.
Уходить совершенно не хочется… Холодный камень под моей рукой только-только начал согреваться, но я заставляю себя подняться. Когда мы приехали, охранник готовился к закрытию, но согласился нас пропустить. Злоупотреблять человеческой добротой мне совершенно не хочется.
Завтра пораньше приеду.
Мы уже направляемся к выходу, когда Нина тихо, так, чтобы не слышала охрана, начинает говорить.
— Жень, как я тебе сказала, Саша и твоя биологическая мать встречались недолго. Я, если честно, на тот момент даже не стала вникать — он никогда нас не знакомил, и я предположить не могла, что у отношений будут такие последствия… — она осекается. Проходит не меньше минуты перед тем, как снова начинает говорить. — Так совпало, что период в жизни брата был непростой. Возможно, девушка чего-то испугалась, я не знаю.
