Автор
В новой главе истории в самой модной клинике Москвы, каждое приглашение по записи вызывает ожидание и сомнение. Главная героиня — женщина неординарного облика: мини-юбка известного бренда, высокие черные сапоги, блеск дорогих украшений и шубка из соболя. Но сама она готовится к еще большему откровению — предстает перед врачом в роли жертвы, которая несомненно готова к местью....
По мнению мужа, мне стоит одуматься, пока поздно не стало.
Правда, смешно?
Поздно… Поздно стало в тот момент, когда он свой член пристроил к какой-то девчонке. Плевать, к какой именно.
Морщусь от одной мысли о том, что Максим — человек, которого я всю жизнь считала сильным и решительным — не нашел в себе мужества признаться в измене самостоятельно!
Разве я не заслужила правды?
Зачем держаться за опостылевший брак и жену, любовь к которой прошла или по крайней мере померкла?!
Деньги? Я не поверю. Наверное, слишком себя ценю и уважаю, чтобы принять тот факт, что он стал бы жить со мной только из алчных побуждений.
Таких, как он, не удержать рядом с собой многочисленными нулями на банковских счетах. Или я ошибаюсь?
* * *К моменту, когда я спускаюсь на кухню, Андрей уже заканчивает сервировку стола.
— Я Наташу отпустил. Ты не против? Она порывалась, — кивает в сторону плиты. — Погреть, разложить… Но час поздний — поужинаем на кухне? Или ты хотела в столовой?
Уронив лицо на ладони, я глухо смеюсь.
Стоит ли объяснять, что меня от одного вида еды воротит… У сына и своих проблем хватает! Не хочется нагружать его своими душевными переживаниями.
За очень поздним ужином я долго ковыряюсь вилкой в тарелке. Аппетит так и не приходит. Оно и понятно, мне сейчас ничего не хочется, притаиться бы где-нибудь… Но приходится ловить на себе настороженные взгляды сына.
Вскинув голову, я уже собираюсь ему сказать о том, что со мной всё в порядке, но настороженно замираю.
Быть такого не может!
Когда мы выходили из участка, я его всего обсмотрела. Цел был! Весь!
— Это откуда? — спрашиваю настороженно."
"Андрей делает вид, что не понимает вопроса.
Приходится кивнуть на его сбитые руки.
— Когда ты подраться успел? Только не говори, что это полицейским досталось… — напрягаюсь всем телом. — Пожалуйста… Только не это… Если окажется, что есть видео, на котором ты бьешь блюстителей закона, находящихся при исполнении…
Вопрос, несомненно, решаемый, но всё же мне бы не хотелось, чтобы моему ребенку трепали нервы и портили репутацию.
— Ма, да расслабься. Это не их, это отца.
Он отвечает спокойно, а у меня вилка выпадает из рук и, со звоном ударившись о тарелку, падает на стол.
— Как? Когда ты успел? — у меня дыхание спирает.
— Да не переживай ты так. Съездил единожды.
