Автор
Алиса, кажется, выиграла в лотерею — ваш муж обещает свадьбу на следующий день после регистрации бракосœуда! Но когда она узнает о беременности, сюрприз превращается в настоящую катастрофу.
Та, улыбаясь, поглядывает на нас, а потом говорит:
– Ну все, давай ее! Нужно взвесить, вымыть…
– Нет! – снова кричу я, прижимая теплый кряхтящий комочек к себе. – Не отдам! Она моя! Моя! Я не отдам ее никому!
– Хорошо, Алиса, она твоя, отдай медсестре, ребенку нужен уход, да и тебе…
Я смотрю на протянутые руки Анжелы Викторовны и мотаю головой.
– Не дам, вы ее заберете! Унесете – и я больше никогда ее не увижу!
– Нет, Алиса, ты родила ее. Никто не вправе отнять у тебя ребенка!
– Но я же хотела отказаться… – шепчу я, глотая слезы.
– Это неважно! Многие передумывают. Да и ты не писала никакого отказа. А без него отнять у тебя ребенка будет подсудным делом, понимаешь? Ну же, давай малышку…
Я опускаю взгляд на дочку, которая, сжав маленькие кулачки, прижимается ко мне, и хочу передать ее доктору, как вдруг девочка открывает глазки и солнце падает на зеленую, как трава по весне, радужку.
Слезы душат с новой силой и капают на малышку.
– Мия Николаевна… Я всегда буду рядом, обещаю тебе. Мама никогда тебя не бросит, как бы ни было трудно. Ты только моя.
***
– Коля, ты слышишь? Ты нужен в офисе! – кричит мне отец, когда я уже возле двери.
Резко разворачиваюсь и рычу:
– Нужен? Я вижу, как я вам нужен! Съездить в командировку к черту на куличики?
– Николай, бегом!
– Защищать отъявленных отморозков – Николай первый, а как назначить руководителем, так Егора? Кто он вообще такой?
– Егор отличный специалист! Он хорошо разбирается в юриспруденции и к тому же… – начинает объясняться отец, но я его перебиваю:
– И к тому же охотно защищает всех подонков.
– Ты сам это сказал, сын. В нашем деле нельзя выбирать, мы должны защищать всех!"
"– Как раз таки в нашем деле и можно! – кричу я, сам от себя не ожидая такой пылкости. – Дед хоть знает, во что ты превратил его детище? Компанию, на которую он потратил всю свою жизнь.
– Ты не скажешь ему, – прищуривается отец, а я киваю.
– Да, не скажу. Потому что я улетаю в Испанию.
– Как это? – округляет глаза папа.
– Вот так! Заявление на увольнение уже лежит у секретарши.
