Автор
Захар вернулся домой пьяным после трудного рабочего дня, забыв о проститутке на работе. Жена выбирает между разводом и попыткой понять мужа в состоянии алкогольного опьянения. Встреча с будущим любовником оккупирует всю ее жизнь, заставляя задуматься о предательстве и измене....
Или когда во время обычного секса он ускорял ритм так сильно, что его пах шлепками ударялся о мои ягодицы, и мне казалось, что это так громко, а ведь в доме мы живем не одни. Я тормозила мужа и отвечала отказом на просьбы кончить мне в рот, потому считала неприемлемым. Какая в этом необходимость?
В такие моменты мне почему-то казалось, что муж злится на меня за что-то, но не хочет рассказывать и таким образом отыгрывается. А это оказалось его пристрастием. Я об этом и не догадывалась…
И не знала бы по сей день, если бы Захар не показал мне действиями, как он любит на самом деле.
Красивый холл с золочеными рамами на окнах, стенами из красного дерева и роскошными кожаными диванами будто растворяется, и я снова оказываюсь в серой бетонной коробке, на которую похож кабинет Суворова.
Я опять лежу распластанная, как лягушонка, на том пропитавшимся сексом столе, отчаянно борюсь с подступающим оргазмом, чтобы доказать мужу, что мне это не нравится, что я не разделяю его пошлые интересы.
Но, если быть откровенной с собой, каждое погружение его пальцев в мое тело взрывало целую сотню маленьких адреналиновых бомб, настолько это было чувствительно и непривычно.
А муж, оглушенный похотью, отказывался слышать мои протесты и, навалившись, ловил губами мои стоны.
Эти воспоминания такие реалистичные и яркие, что у меня пульсирует внизу живота."
"Я снова пугаюсь этой реакции.
— Спасибо за совет, Эльвира Леопольдовна, но пусть его яйца облизывает теперь женщина, с которой он мне изменил.
— Тебе виднее, — не спорит начальница и забирает со стойки нужные документы. — Тогда приступим к рабочей волоките: не забудь позвонить моему бывшему мужу и напомнить, что у его младшего сына завтра день рождения. Пусть явится.
— Хорошо, — киваю я на автомате.
— И еще… — успев отойти на пару шагов, Эльвира хмурится, рассматривая бумаги, и вновь возвращается к стойке.
— Это необязательно, я в порядке…
— А мне кажется, что нет, — трясет бумагами. — Ты расписалась в графе директора, а я не припомню, чтобы передавала тебе полномочия. Выходка мужа все-таки подкосила тебя, Лили, и хорошо, что это ерундовые бумаги, но в таком состоянии ты можешь совершить непоправимые ошибки.
