Автор
Яна, нежданно у discovering страсть и покоряющую красоту Италии, вынуждена возвращаться домой. За пять лет жизни в этом солнечном уголке она овладела местным языком лишь частично, но теперь стремится вернуть Дарио — своего сердца. Каждое его слово и взгляд вызывают непреодолимое желание остаться здесь навсегда.
Похоже, «Измена. Вернуть любовь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Конечно… — растерянно бормочет и внимательно осматривает меня.
— Ну прекрати, ты так дырку во мне просверлишь. Говорю же, я в норме. Мелкая где?
— У подружки с ночёвкой.
— Отлично! Мам, завязывай, ну не смотри на меня, словно я прохожу досмотр на таможенном контроле. Да, был с Яной. С Катей еще не говорил. Завтра всё.
Мама молча кивает, а я бреду в душ и сразу спать. Провалился в сон мгновенно. Но уже утром меня будит звонок телефона. И не от кого-то, а от самого Александра Белова.
— Пошёл, нахуй, — бормочу и скидываю звонок. Этого долбоящера мне еще не хватало.
Второе пробуждение происходит через час, но уже более приятное. От аромата маминых блинчиков. Выбираюсь как крот из норы, точнее, из постели и шаркая ногами, бреду на слюнопомрочительные запахи.
— Мам, ты ведьма! Разбудила меня своими блинами.
— А, да, я могу, — смеётся она, стоя с лопаткой в руках. — Выспался?
— Ага. Сейчас умоюсь и приду.
* * *После завтрака сразу собираюсь и еду к Кате. По дороге на сто раз проворачивая наш разговор. Понимаю и принимаю мысленно надвигающийся апокалипсис, но сделать это нужно было уже давно.
Заезжаю на парковку, глушу двигатель и набираю Зайцевой.
— Привет, Кать. Ты дома?
— Дома, — отвечает психованно и тут же сбрасывает звонок.
— Ф-ф-ф… — с шумом выдыхаю и выхожу из машины.
Поднимаю взгляд на окна её квартиры. Уверен, что она стоит сейчас за занавесками и смотрит на меня. Поднимаю в приветствии руку и иду к подъезду.
Выхожу из лифта и вижу, что Зайцев стоит в дверном проёме, в домашних шортах и маечке, сложив на груди руки.
— Посмотрите-ка, кто тут у нас появился! Это же сам Глеб Григорьевич!
— Катя, нам надо поговорить, — перебиваю, потому что мне не до её истерик.
— Ах, поговорить? Поговорить Глебушка захотел? Какая неожиданность, а я тоже! — Прям босиком делает шаг на площадку и замахивается рукой, которую я с лёгкостью ловлю.
— Даже не думай, — говорю с нейтральной интонацией, но этого достаточно, чтобы она поняла, что перешла со мной черту. Единственная, кому я могу позволить нанести и простить миллиарды пощечин — это Яна.
Подталкиваю Зайцеву в сторону квартиры, захожу и закрываю за собой дверь. Вместе проходим в просторную и светлую гостиную, обставленную со вкусом, но все же такую чужую для меня все эти годы. Присаживаюсь на диван и упираюсь локтями в колени. Катя стоит чуть поодаль и обнимает себя за плечи, будто ей холодно.
— Какого чёрта ты меня бросил? И где ты вообще пропадал?
— Кать, всё это сейчас не так важно.
