Автор
Яна, прости, но всё, что я могу предложить, это дружба — так говорю я виновато повару из отеля. За последние пять лет я упорно выучила итальянский язык, хотя мои свободные разговоры с ним часто становятся казавшимися бестактными. Но каждый новый день — это шаг к пониманию их культуры и национальной атмосферы....
Похоже, «Измена. Вернуть любовь (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Я начего не понимаю…
— Нет, — мотаю головой.
— Яночка, ну ты чего? — с беспокойством смотрит Широков.
— Ребят, извините, я украду ненадолго Белову, — Наташа хватает меня за запястье и настойчиво тянет на себя. — Пошли!
Хочется вырвать руку, накричать, чтобы все оставили меня в покое. Хочется, раскидать все вещи и разбить всё вокруг. Но вместо этого я поднимаю взгляд на Рузич, встаю и покорно иду за ней.
— У тебя, правда, живот болел утром? — спрашиваю, как только оказываемся на улице.
— Да, я на час опоздала на работу.
— Понятно. Да, неважно, — отмахиваюсь и смотрю куда-то вдаль.
— Белова, это то, что я думаю? Ты всё-таки напоролась на Зайцеву?
— С чего ты взяла?
— Да потому что ты была в её офисе и вернулась словно ходячий мертвец, который уже на последней стадии разложения. Ты себя вообще видела со стороны? Тут не надо быть гением мыслительных процессов, чтобы сложить дважды два. Что-то там произошло, и это что-то, очень нехорошее.
Опускаю голову и смотрю себе под ноги. Наташа жуткая сплетница, а ещё имеет чуйку как у собаки. Можно и дальше ей врать, да что уже толку. Факт остаётся фактом: для меня всё кончено. Моя история с Мироновым завершилась. Вновь. Так и не успев начаться.
В итоге я принимаю решение открыться ей.
— Ты права. Между мной и Мироновым была связь. Причём ещё до знакомства с Екатериной Игоревной, пять лет назад, но серьезных отношений у нас не сложилось. Я уехала в Италию и жила там, а когда вернулась, стала искать работу, пришла на собеседование в нашу фирму.
— Вы пересеклись у Зайцевой с Мироновым и старые чувства вспыхнули вновь? — продолжает за меня.
— Да.
— Очешуеть! Так и знала, что между вами что-то витает! — Наташа закусывает палец, ходит туда-сюда, периодически поглядывает на меня. — Белова, как же ты встряла! Поверь мне, Катюха та ещё акула. Когда она узнает о ваших шурах-мурах, тебе не жить.
— Не узнает. Между нами ничего больше не будет.
— Не поняла? Почему?
— Она беременна… — зажимаю рот рукой, приваливаюсь к стене здания и медленно ползу вниз, поскуливая от душевной боли. Кусаю губы, пока во рту не ощущаю привкус металла.
— Твою ж мать! — рявкает в пустоту Рузич. Смотрит на меня сверху вниз и делает то, чего я никак от неё не ожидаю.
Садится рядом и обнимает.
