Автор
Здравствуйте, я любовница вашего мужа, и теперь я говорю вам о беременности не на словах, а через дрожь в груди от прикосновения незнакомой руки к стене. Его предательство оказалось хуже всего, что могло случиться — двое детей вне брака и единственного выкидыша. А теперь он сидит дома и встречает беременную любовницу. Как мог он уйти?...
Я боялась услышать от Алисы какое-то такое откровение, которое только подтвердит измену Матвея, поэтому кусала губы и без конца растирала запястья.
— Ксюш, — снова попробовала начать Алиса. — Понимаешь… Матвей… он… Нет. Я никогда не видела его с девками или ещё что-то такое. Просто Ксюш, он меня всегда пугал…
Я неверяще уставилась на подругу, которая по-прежнему не отрывала взгляда от ламината. Из-за этого мне казалось, что она врёт, причём сильно, много и сама стыдится этого.
Резкий звук будильника духовки поднял Алису на ноги в считаные минуты.
— Чего ты боишься? Почему бежишь?
Алиса уронила кухонное полотенце на пол и нервно оглянулась на меня. Я стояла и не понимала, что ужасного в моём вопросе. Лиса тяжело вздохнула, поняв, что я не отступлю и присела за стол. Лазанья как секундант стояла между нами.
— Матвей очень любит тебя… — огорошила меня Алиса, а я с холодом на сердце, который давил на грудь, уже не была в этом уверена. — Не просто любит, а он одержимый, больной, чокнутый…
Алиса убрала на полку полотенце и тяжело вздохнула.
— Все годы, что вы вместе я не верила в это. Это настораживает. Ксюш, он ведь даже в самые личные моменты никогда не отпускал тебя. То есть выкидыш…
Выкидыш был внезапным и ужасным. Просто утром на постели было красное пятно, и я с дикой болью внизу живота.
— Ксюш, ты нигде не могла появиться одна. Матвей всегда был рядом. Ты даже в туалет уходила с ним. Это ненормально. Это странно. И это пугало.
Меня это не пугало. Не Матвей. Меня страшила ситуация оказаться беспомощной, неспособной на элементарное — родить.
— У вас нет личного пространства. Ты болела ковидлом, — исковеркала страшную болезнь Алиса, — а он, вспомни, он не отходил от тебя, спал с тобой в одной постели, пил из твоих чашек. То есть страх, что с тобой что-то случится, был таким сильным, что он наплевал на себя.
