Автор
Здравствуйте, я любовница вашего мужа, и теперь я говорю вам о беременности не на словах, а через дрожь в груди от прикосновения незнакомой руки к стене. Его предательство оказалось хуже всего, что могло случиться — двое детей вне брака и единственного выкидыша. А теперь он сидит дома и встречает беременную любовницу. Как мог он уйти?...
Я понимала, что для конца восьмой недели ещё рано слишком, но все равно ждала этого момента с замиранием сердца.
— Нет, Вик, — я покачала головой, в тайне боясь, что если озвучу решение, которое последует и за беременностью нынешней, вдруг неудачной, то накликаю беду. — Просто больше ничего никогда не будет.
Виктор невесело улыбнулся, понимая чего мне стоило это признание. Он протянул ко мне ладонь. Обниматься, конечно, не стали, но я несмело коснулась своими ледяными пальцами его ладони и ощутила аккуратное сжатие.
— Если ты передумаешь… — начал Виктор, но я покачала головой. — Не отказывайся заранее… Если передумаешь, просто прилетай ко мне. Просто так. Без всего. Как к брату бывшего мужа.
Я спрятала слёзы в уголках глаз и нехотя кивнула.
Глава 44
Матвей.
Когда я хотел выть без Ксюши, внутри рождались мысли из разряда слов, которые мне кричала жена, когда я попытался ее вернуть.
Квартиру оставил.
Ксю не захочет потом искать что-то новое.
Виктор уехал. Просто принял или решил дождаться того, что догоняло меня с первого дня без Ксюши.
Элина бесила.
Не общалась и теперь про отцовство смогу узнать только после рождения ребёнка. Хотя это будет так бессмысленно.
Не узнаю.
В середине октября я заметил первый снег.
Он не долетал до земли. Таял ещё в полёте. И Ксюша обычно загадывала желание. А сейчас я был один. Стоял возле подъезда, выдыхал белый пар и желал одного — сдохнуть.
Насовсем.
Чтобы Ксюше было легче. Было проще.
Какое я чудовище. Как я мог так поступить с Ксенией? Она никогда такого не заслуживала, но я нарушил всю святость нашей любви, сам споткнулся и ее за собой потянул.
Дом покрывался тленом. Я старался не появляться в квартире, меня все душило. Но сейчас я приехал с работы, чтобы просто переодеться.
Утро, начало девятого, слишком тяжело. Муторно.
Я сплевывал мятную пасту и протирал следом раковину, Ксю не любит беспорядка.
Встреча с нотариусом в обед. А сейчас ещё успею кое-куда съездить.
Владелец бара смотрел на меня волком.
"— Не могу я записи дать… — выдохнул вместе с сигаретным дымом мужчина, которому было хорошо за полтинник.
— А ты смоги, — посоветовал я и присел напротив, закинул ногу на ногу.
— Да только ментам могу отдать… — обессиленного по третьему кругу объяснял он мне.
— Слушай, давай просто и быстро все сделаем. Ты сейчас пойдёшь, найдёшь вечер, который мне нужен. Сам все посмотришь, а мне ответишь кто ко мне заходил в зал и с кем я вышел. Просто расскажешь.
