Автор
Утро не начинается для Марии Владимировны так радужно. Позвонив в полный голос мужу, она с улыбкой принимается за предстоящую медицинскую процедуру - УЗИ. Щекотное ожидание подстегивает интерес к самой процедуре и результатам, которые безусловно повлияют на ее жизнь.
Доктора найду и приведу к тебе, чтобы ты тоже все могла услышать. Из первых уст!
— Марк! Ты же меня не обманешь?
Хватаю его за рукав пиджака.
— Не подговоришь доктора, чтобы он сказал неправду, лишь бы меня успокоить?
— Нет, Мария. Ты все узнаешь, — Марк быстро кивает и уходит.
Возвращается минут через пятнадцать уже с врачом.
Это время кажется мне вечностью. А еще…
Черт возьми!
Я не представляю, что бы я делала сейчас здесь без Марка! И вряд ли вообще со мной особо бы разговаривали!
— Добрый день, Мария.
Доктор выглядит усталым.
— Увы, у вашей бабушки серьезные проблемы с сердцем. Ей понадобилась срочная операция, но…
— Но что?!
Вскакиваю, не замечая, как практически все вылетает из раскрытой сумочки.
— Она… Она же не…
— Увы, ее организм дал реакцию на анестезию. Остановка сердца. Пришлось запускать. И нам это удалось, но…
— Но… Что?!
— Нужно срочное переливание крови. Первая положительная. Сейчас этой крови нет. У вас какая?
— У меня… Третья… Отрицательная…
Сникаю.
— Это очень срочно?
— Моя подойдет, — Марк быстро сбрасывает пиджак.
— Не будем тратить время. Я ничем не болен, недавно совсем анализы сдавал. Кровь чистая, так что можем приступать. Пока не начали, поясните нам больше о ее состоянии. Возможно, что-то нужно еще?
— Мы не знаем, сколько времени она пробудет в коме. Операцию так и не провели, нужно было запускать сердце. В целом, операция непростая. Наша больница государственная, сами понимаете. Особых возможностей у нас нет.
— Сколько?
— Дело не в этом.
— Я понял. Кто лучше всех проводит подобные операции?
— Шаповалов Борис Михайлович. Но он сейчас не берет новых пациентов. К тому же, мы не можем сказать, когда такая операция будет возможна. Все зависит от состояния вашей бабушки. А у него все расписано до часа.
Лицо Марка становится вдруг жестким. Челюсти сжимаются. Он с шумом выдыхает через нос так, что дико раздуваются ноздри.
— Пять минут, — цедит сквозь сжатые зубы, окидывая меня очень странным взглядом.
Марк Быстро разворачивается и уходит в другое крыло, набирая кого-то по телефону.
— Шаповалов согласился, — сообщает, вернувшись. — Сделает все, как только будет возможность. Когда ее можно будет перевезти в его клинику?
— Максимум через сутки. И это не факт, конечно. Медицина, увы, наука не точная.
— Хорошо. Пойдем, доктор. Будем переливать кровь. Эй.
