Присоединишься?
О, какой пожар в глазах. Шторм, ураган… эмоции через край…
Внимательно глядела в сияющие голубые глаза и впитывала, как губка, все эти грани и оттенки чувств…
На память.
Что же, лет двадцать не было у меня целой ночи, полной страстного, бурного, горячего и весьма разнообразного секса.
Будет теперь, что вспомнить на старости лет. И написать, может, все ж таки ромэро?
Утром, поцеловав сонного Глеба, улыбаясь, вернулась к детям.
А через два часа, паркуясь у спорткомплекса, чтобы подписать-таки этот чертов контракт на перевод, совсем не удивилась тому, что в клубный автобус «до Москвы» садилась Аллочка.
Глава 68
Сюрпризы и компенсация
'Зачастую самый страшный конец —
начало пути туда, куда тебе на самом деле надо…'
Арина Егоровна Романова
Поставив подпись под договором на перевод сына в новый клуб и пожав руку широко улыбающемуся директору, вежливо попрощалась:
— Надеюсь, что Ваши слова с делом не расходятся, и что больше мы с Вами не пересечемся.
Уходила под громкий и довольный мужской смех.
Ну а что?
За дверями спорткомплекса меня вновь встречали. Спасибо Киру, я хоть понимала — кто эти дамы. Надо же, мамы Глеба и Аллы.
Как мило.
Матушка Глеба солирует:
— Арина Егоровна, добрый день. Так рады встрече. Мы не отнимем у вас много времени. Ситуация сложилась у нас странная, но вы же сами должны понимать: у Глеба с Аллой ведь давнее, глубокое чувство. Да, они по глупости расстались, но они сумели пронести свою любовь сквозь годы. И сейчас будет просто кощунством мешать воссоединиться двум любящим сердцам…
Езус-Мария, какой пафос.
Хотя вежливо, поэтому пока послушаем всю программу.
Видя, что я настроена мирно, высказаться решает мать «перспективной невесты»:
— Вы же, как мать, тоже лучше знаете своих детей и с кем вместе им действительно будет хорошо. Уж наверняка вы не упустите возможность сделать своего ребёнка гарантированно счастливым.
Да, как же это все странно слушать не от родительниц Костиных сопливых подружек."
"— Удивительно, никогда не думала, что между Петербургом и Великим Новгородом такая разница во времени…
Обалдели обе. Стоят, глазами густо накрашенными хлопают.
Мило.
Я-то, как обычно, выскочила утром с макияжем «а-ля натюрель», потому что, ну, правда, кому оно сейчас?
— Что вы хотите этим сказать? — мать Глеба уже осторожничает.
Молодец, чует.
— Ну, когда в Петербурге семь часов вечера — в Новгороде, почему-то, ещё восемнадцатый век. Это когда родители устраивают договорные браки своих взрослых детей, без учета их мнения.
Ох и глазами полыхают. Обе.
Кстати, у Глеба глаза мамины. И сияют похоже, да.
— Не нужно забывать, что у некоторых есть также интересы бизнеса, — уже шипит моя несостоявшаяся свекровь.