Автор
В Измене: Закрывая Гештальты, Дора Шабанн раскрывает глубинные драмы и сексистские устои в офисной среде, где малейшее намека на нездоровый половой тон становится катализатором революционных перемен. Смесь классической лукавящей интриги и современного вызова стереотипам - это книга для тех, кто готов взглянуть под другим углом на то, что скрывает за гештальтом....
Или это Петербургом навеяло?
Наш город прекрасен, но вот ассоциации в последнее время у меня с ним были такие себе.
Измена.
Чем это было для меня после двадцати лет брака, при наличии двоих детей?
Петардой, рванувшей под моей унылой, обычной, давно устоявшейся и устроенной скучной жизнью.
Она пробудила меня, встряхнула и придала такого ускорения, что я, то выплывая, то мчась вперёд, по инерции, успела разобраться со всеми своими неоднозначно завершенными отношениями, а также проблемами детства и воспитания.
Что же я обрела?
Невозможное.
Невероятное.
Всеобъемлющее.
Целый мир и еще двух бесконечно важных людей в придачу.
И это удивительное ощущение гармонии и спокойствия в душе.
Вот сейчас, устроившись в удобном кресле на террасе ресторана и глядя на Глеба, сидящего рядом на корточках, поглаживающего мою солидно раздавшуюся талию и серьезно разговаривающего с моим, уже начавшим округляться животиком, я от души мысленно говорю бывшему мужу:
— Рома, спасибо! Сама я никогда бы не рискнула узнать, есть ли жизнь на Марсе после сорока.
Глава 81
Когда находишь свой путь
'И от всякого, кому дано много, много и потребуется,
и кому много вверено, с того больше взыщут…'
Евангелие от Луки 12:47
Лера
Как любой ребёнок, чья семейная система вдруг рухнула в одночасье, при разводе родителей я серьезно прифигела.
После папиной выходки со всем последовавшим за ней натуральным свинством, я постоянно пребывала в состоянии изумления.
Сначала Кот устроил нам цирк, от которого мама чуть не слегла, а я изо всех сил сдерживалась, чтобы не оттаскать паршивца за ухо.
Следом эта папина сучка малолетняя вылезла со своими наездами.
Потом бабушка Алена и дядя Андрей поколебали мою уверенность, что в нашей большой семье все взрослые — нормальные, адекватные люди.
Далее уже пошел мастер-класс от маменьки моей на тему: «Держи осанку». Ох и пригодилось мне это все.
Хорошо, что в бушующем море наших около-семейных разборок были некие незыблемые фигуры: дед Коля (вот до земли ему поклон!), тетя Фиса с дядей Марком, мамины подружки из их занятного клуба.
Да это, собственно, и все.
Ну, потом Кот словил бумерангом по лбу и очухался, хвала богам:
— Лер, а мама точно меня простила? — спрашивал он у меня с тех пор, как вернулся, примерно раз в неделю.
Беспокоится.
Глупый он еще, но, надеюсь, с возрастом это пройдет, хотя, как часто вздыхает мама: «В жизни мальчика первые сорок лет самые трудные».
