Автор
В Измене: Закрывая Гештальты, Дора Шабанн раскрывает глубинные драмы и сексистские устои в офисной среде, где малейшее намека на нездоровый половой тон становится катализатором революционных перемен. Смесь классической лукавящей интриги и современного вызова стереотипам - это книга для тех, кто готов взглянуть под другим углом на то, что скрывает за гештальтом....
Пока Игорь ходил за ведёрком со льдом, я успела поговорить с Лерой, убедиться, что дома у них с Тигрой всё в порядке, и они раньше завтрашнего обеда меня назад не ждут:
— Мама, у тебя есть уникальная возможность с утра поспать, до скольки хочешь. Ни будильника, ни домашних. Наслаждайся!
Я решила, что устами младенца глаголет истина. Пусть конкретно этому «младенцу» уже двадцать лет, а я все еще помню ее невозможно трогательной трехкилограммовой крошечкой, но время от времени изрекает деточка мудрые мысли.
И когда она так незаметно повзрослела?
Переодевшись в лёгкое домашнее платье, нарезав апельсин, открыв сырную тарелку, достав конфеты и орешки, я устроилась на диване.
В ожидании чуда.
Или хотя бы романтического вечера.
Езус-Мария, Арина, ты же пишешь любовные романы! Ну, неужели это так трудно — настроиться на нежность, поймать горячую волну страсти?
У нас, женщин, все от головы идет.
А у меня там нынче «ночь на кладбище».
Нет ни эмоций, ни желаний. Кроме сожалений и печали — ничего.
Темно, тихо, почти уже спокойно.
Вероятно, мой меланхолический настрой был выразителен, поэтому вернувшийся с ведерком Игорь опустил в него бутылку, а сам, устроившись рядом на диване, утащил меня к себе в объятья.
— Тебе вредно много думать, Ариш. Сразу грустить начинаешь.
Фыркаю:
— А как иначе? Я же должна столько всего предусмотреть…
— Сейчас ты отдыхаешь, все предусмотрено. Расслабься, — и он начинает целовать: ушко, щеку, скулы, нос, лоб.
Прижимает сильнее, выдыхает в волосы.
Губы, шея, ключицы, плечо.
Верх платья тихо съезжает на талию.
Кожа начинает гореть, а я — удивляться своей реакции.
В тот момент, когда Игорь после поцелуя прихватывает зубами сосок через кружево бюстика, я уже согрелась и вполне готова проявить некую активность.
Но этого пока не требуется.
Уже давно не пылкий юноша, а уверенный в себе мужчина, опускает меня на диван, гладит, нежно касаясь. Обеими руками от ушек через шею ведет до груди, сжимая ее.
Устроившись рядом и подперев одной рукой голову, а другой прижав меня к себе за талию, Игорь скользит горячим взглядом от моих губ до пояса, где еще болтается платье и внимательно меня рассматривает.
Мне кажется, что я уже вся розово-красная от смущения, ожидания, предвкушения.
И оттого, что он не побрился.
— Какая же ты красавица, Ариш. Ты в моих объятьях — мечта последних лет десяти.
