Автор
Внутренний шок и атмосфера неприкрытой предательской любви цепляют читателя с самого начала, когда героиня обнаруживает колье в доме своего мужа — место, которое теперь принадлежит другой женщине. Атмосфера напряженного гнева и угрозы завораживает до конца книги.
А я вообще собиралась собрать вещи и свалить в гостиницу.
– Я не понял, это что такое?! – раздается его недовольное из кухни.
Ну неужели, голос прорезался?! Какое «счастье»!
– Татьяна! – грубо, очень грубо и недовольно. – А ну подойди сюда! Немедленно!
ГЛАВА 11
ТАНЯ
Иду в кухню, неторопливо. Просто послушать, чего он мне скажет."
"Муж склонился над мусоркой и задумчиво рассматривает выкинутую мною рубашку.
– А можно не общаться со мной в приказном тоне?!
– Чего?
– Чего слышал!
– Татьяна! Я долго терпел твое поведение, но теперь и моему терпению приходит конец! – распрямляет спину Заур.
Ах, это он терпел? Он? Серьезно, блин?
– Я пришел с работы. Мало того, что ужина нет на столе, так еще ты выбрасываешь в мусорку мои новые рубашки, вместо того, чтобы стирать их? – упирает руки в боки, становясь еще шире и мощнее. – Я сейчас не посмотрю на то, что ты беременна! Похоже, что ты только прикрываешь свои бзики интересным положением!
У меня аж дух захватывает от его тирады.
– Заур, а ты не очешуел часом?! – я тоже могу и руки в боки, и ножкой топнуть, и пузо вперед выпятить, меня этим не напугаешь! – Я что должна помаду твоей шаболды отстирывать от воротника?! Ты в своем уме, чтобы мне такие предъявы предъявлять, после того, как я буквально застукала тебя с секретуткой в номере?!
– В смысле, помада?! – моргает на меня своими длинными ресницами. – Какая там нахрен, помада? Татьяна, не выдумывай чепухи!
Чепухи, млять? Серьезно?! Зла не хватает на этого осла!
Вот не поленюсь! Наклоняюсь и лезу в мусорку.
– На! Полюбуйся на помаду твоей ненаглядной! – сую ему дорогую ткань чуть ли не в лицо.
– Татьяна! Твое поведение по отношению ко мне неприемлемо! – убирает он от себя мою руку с уликой.
– А это приемлемо?! – ору я, разворачивая рубашку перепачканным воротником. – Приемлемо женатому мужчине иметь на воротнике своей офисной рубашки алую помаду любовницы?!
Заур брезгливо, будто это не его вещь вовсе, подцепляет рубашку двумя пальцами, подносит к глазам, прищуривается.
– … – матерится сквозь зубы.
– Ну, что ты на это скажешь?! – строго складываю руки на своем животе. – Приемлемое у тебя поведение?!
– Татьяна, ты сама видела, что Амалия повредила ногу, цеплялась за меня и случайно испачкала мою рубашку.
– Вот не надо меня сейчас за дуру держать! – кладу руку на сердце, потому что начинается тахикардия.
